Нэнэ вела себя так, словно заранее знала о приходе незваных гостей. Согласившись стать женой Токитиро, она понимала, что ее ждут всякие неожиданности, поэтому ничуть не рассердилась. Она переоделась в одежду, в которой занималась домашними делами, и принялась выполнять приказ мужа.
— Разве это свадьба! — в негодовании воскликнул один из приглашенных.
Матаэмон с женой успокаивали огорченных гостей, сам Матаэмон был спокоен. Услышав о приходе незваных гостей во главе с Инутиё, он сначала встревожился, но Инутиё смеялся и шутил с Токитиро, поэтому Матаэмон успокоился.
— Нэнэ! — сказал Матаэмон. — Если вдруг не хватит сакэ, пошли кого-нибудь в лавку. Пусть друзья Токитиро вволю напьются. — Обратившись к жене, он добавил: — Окои, что стоишь без дела? Сакэ подано, а чашечек нет. Невелико наше имущество, но неси сюда все, чем богаты. Я счастлив, Инутиё пожаловал к нам с друзьями.
Окои принесла чашечки, и Матаэмон сам угостил Инутиё. Он любил этого молодого человека, который мог бы стать ему зятем, но судьба распорядилась иначе. Мужская дружба двух самураев от этого не пострадала. Чувства бушевали в груди у Матаэмона, но он, как истинный самурай, не мог дать им волю.
— Я тоже счастлив. У вас такой замечательный зять! Поздравляю всех вас! — сказал Инутиё. — Неловко, что я нарушил торжество. Не сочтите это за непочтительность!
— Мы рады гостям! Будем пить и гулять всю ночь!
Инутиё оглушительно расхохотался:
— Если засидимся до утра, не прогневается ли на нас новобрачная?
— Почему? Она не такая! — вмешался в разговор Токитиро. — Нэнэ покорная и благовоспитанная девушка.
Инутиё, подсев поближе к Токитиро, начал поддразнивать его:
— Расскажи-ка поподробнее, что тебе об этом известно? Дело ведь деликатное.
— Прости! Я и так уж наболтал лишнего.
— Я от тебя так легко не отстану! Вот тебе большая чаша.
— Обойдусь и маленькой.
— Какой же ты жених? Где твоя гордость?
Они поддразнивали друг друга, как дети. Токитиро никогда не позволял себе напиваться. С детства он имел перед глазами печальный пример того, до чего доводит человека безудержное пьянство. Сейчас, когда ему силком навязывали большую чашу, он вспомнил лицо пьяного отчима, а потом печальный образ матери, вынесшей столько горя. Он был осмотрительным не по годам.
— Дай мне, пожалуйста, обычную чашечку. А я тебе спою.
— Что?
Токитиро забарабанил ладонями по коленям и запел:
— Прекрати! — Инутиё ладонью зажал ему рот. — Тебе этого петь не стоит. Эту песню замечательно поет наш господин.
— Я у него и научился. Это ведь не запрещенная песня, что плохого, если я спою ее?
— Не нужно!
— Почему?
— Она неуместна на свадьбе.
— Но князь танцевал под нее в то утро, когда войско выступило на Окэхадзаму. А сегодня вечером мы вдвоем, нищий супруг и его молодая жена, вступаем в большой мир. Все прилично.
— Поход на поле брани — одно дело, а свадебная церемония — другое. Истинные воины надеются со своими женами дожить до глубокой старости.
Токитиро хлопнул себя по колену:
— Верно! Честно говоря, я тоже надеюсь. Если случится война, тогда неизвестно, но я не намерен умирать понапрасну. Полвека супружества мне мало. Хочу целый век счастливо прожить с Нэнэ в любви и верности.
— Хвастун! Станцуй лучше! Не стесняйся!
Призыв Инутиё подхватили и остальные друзья Токитиро.
— Потерпите немного!
Токитиро повернулся в сторону кухни, хлопнул в ладоши и крикнул:
— Нэнэ! Сакэ кончилось!
— Минутку! — ответила Нэнэ.
Она не стеснялась гостей и каждого обнесла сакэ. Никто не удивился, кроме ее родителей и ближайших родственников, которые привыкли относиться к Нэнэ как к малому ребенку. Нэнэ всей душой была предана своему супругу, и Токитиро совсем не робел перед новобрачной. Инутиё, как и следовало ожидать, покраснел, когда Нэнэ подала ему сакэ.
— Нэнэ, с сегодняшнего вечера ты жена господина Токитиро. Позволь еще раз поздравить тебя, — сказал он, принимая из ее рук чашечку с сакэ. — Есть нечто известное всем моим друзьям, потому я и не хочу скрывать это от других. Согласен, Токитиро?
— О чем ты?
— Позволь на минуту одолжить твою жену.
— Пожалуйста! — засмеялся Токитиро.
— Нэнэ, еще недавно говорили, что я влюблен в тебя. Сущая правда. С тех пор ничего не изменилось. Я искренне люблю тебя.
Инутиё говорил все серьезнее. В душе Нэнэ бушевали иные чувства, ведь она только что вышла замуж. Закончилась ее свободная девичья жизнь. Забыть своих чувств к Инутиё она не могла.
— Нэнэ, говорят, что юные особы безрассудны, но ты поступила мудро, выбрав не меня, а Токитиро. Я отказался от тебя, хотя и не перестал любить. Любовная страсть — загадочное чувство, но признаюсь, что я на самом деле люблю Токитиро гораздо сильнее, чем тебя. Я отдал тебя другу в знак любви к нему. Я обошелся с тобой как с вещью, но таковы по природе все мужчины. Правда, Токитиро?
— Я догадывался об истинных мотивах твоего поступка, потому и принял твой дар.
