Хиёси пробормотал невнятные извинения.
— Где тебя черти носили?
— Я весь день просидел под арестом у сторонника клана Сайто, — признался Хиёси.
— Что?
Все гневно уставились на юношу, страшась того, что их план может сорваться.
— Болван! — Ситинаи грубо схватил Хиёси за ворот и выволок его на середину круга. — Кто и где держал тебя под арестом? Не проболтался ли ты?
— Я все им рассказал.
— Что?!
— Иначе меня бы убили, и я не смог бы прийти к вам.
— Ах ты, ублюдок! — Ситинаи грубо встряхнул Хиёси. — Мерзавец! Заговорил, чтобы спасти собственную шкуру! Придется тебе стать первой жертвой в сегодняшней битве.
Ситинаи отпустил Хиёси и размахнулся, чтобы ударить его, но юноша успел отскочить. Двое воинов схватили Хиёси и заломили ему руки за спину.
— Не сходите с ума! Сначала выслушайте меня! Я проболтался, но выслушайте! Я был у приверженцев князя Досана!
Новость немного успокоила людей, но не рассеяла их сомнений.
— Выкладывай, кто они такие.
— Дом Акэти Мицуясу. Поймал меня не сам господин Акэти, а его племянник Мицухидэ.
— А, он живет у дяди, — пробормотал один из воинов.
Хиёси обвел взглядом весь отряд:
— Господин Мицухидэ хочет встретиться с нашим предводителем. Он пришел вместе со мной и ждет у храма. Господин Ситинаи, не соизволите ли побеседовать с ним?
— Племянник Акэти Мицуясу пришел с тобой?
— Да.
— И ты обо всем рассказал Мицухидэ?
— Он и сам догадался бы. Он — истинный гений.
— Зачем он пришел?
— Не знаю. Он велел мне привести его в храм.
— И ты выполнил его приказ?
— А что мне оставалось?
Воины ловили каждое слово Хиёси и Ситинаи, затаив дыхание. Ситинаи возвестил о завершении разговора, громко щелкнув языком.
— Так где этот Акэти Мицухидэ? — спросил он.
Все заговорили наперебой, обсуждая предстоящую встречу. Идти в одиночку слишком опасно, кто-то должен сопровождать Ситинаи, а может, следует тайком окружить место встречи.
— Люди клана Хатидзука! Я сам пришел к вам и хочу поговорить с господином Ситинаи! — послышался незнакомый голос.
Все ошеломленно обернулись на голос. Мицухидэ, неслышно подкравшись к отряду, хладнокровно разглядывал воинов.
Ситинаи смутился, но с важным видом шагнул навстречу пришельцу.
— Вы Хатидзука Ситинаи? — спросил Мицухидэ.
— Он самый. — Ситинаи гордо поднял голову.
Он находился под защитой сообщников, к тому же не в обычае разбойников робеть перед самураем, состоящим на службе у князя или у более могущественной особы.
У Мицухидэ было копье, но он смиренно поклонился и вежливо заговорил:
— Весьма польщен встречей с вами. Много слышал о вас, равно как и о достопочтенном господине Короку. Я — Акэти Мицухидэ, сторонник князя Сайто Досана.
Учтивость удивила Ситинаи.
— Что вам угодно? — спросил он.
— План действий на сегодняшнюю ночь.
— Какой еще план? — с наигранным простодушием осведомился Ситинаи.
— Речь идет о подробностях того, что я выведал у продавца иголок. Сегодняшний мятеж, — вероятно, правильней назвать его выступлением, — так вот, ваше выступление с военной точки зрения подготовлено скверно. Не могу поверить, что князь Досан разработал подобную операцию. Прошу вас немедленно отказаться от этой затеи.
— Ни за что! — надменно воскликнул Ситинаи. — Все затевается не по моему приказу. Это распоряжение господина Короку, а действует он по просьбе князя Досана.
— Нечто похожее я, увы, и предполагал, — спокойно возразил Мицухидэ. — Разумеется, вы не будете отвечать за отмену вылазки. Мой двоюродный брат Мицухару отправился в Сагияму, чтобы получить согласие князя Досана. Мицухару приедет сюда. Прошу ничего не предпринимать до его прибытия.
Мицухидэ всегда и со всеми держался вежливо, что не умаляло ни его решительности, ни отваги. Подобная учтивость по-разному действует на людей, порой лишь раздражает собеседника или придает ему чрезмерную уверенность в собственных силах.
«Вот еще! Жалкий юнец! Понахватался учености, а у самого молоко на губах не обсохло. Бормочет какие-то извинения», — думал Ситинаи. А вслух он произнес вот что:
— Мы никого не собираемся ждать! Господин Мицухидэ, не лезьте в чужие дела. Вы — всего лишь приживал в дядюшкином доме.
— Я не намерен обсуждать мое положение с вами. Я действую в интересах моего сюзерена.
— В таком случае вы запаслись бы оружием и продовольствием, как мы, и с факелом в руках пошли бы в первых рядах на штурм Инабаямы.
— Я бы так не поступил. Верность князю состоит в другом.
— Любопытно!
— Князь Ёситацу — наследник князя Досана. Верно? Князь Досан — наш господин, следовательно, и князь Ёситацу тоже наш господин.
— Но они враждуют друг с другом.
— Весьма прискорбно. Неужели отец и сын вправе идти друг на друга войной? Ни у птиц, ни у зверей такого не заведено. Люди не должны нарушать законы природы.
— Не морочьте нам голову! Возвращайтесь домой, а мы уж как-нибудь справимся с грязной работой.
— Не могу.
— Почему?
— Я не уйду, не дождавшись Мицухару.
Ситинаи вдруг почувствовал решимость и силу в голосе молодого человека. Он посмотрел на острие копья, которое держал Мицухидэ.
— Мицухидэ, ты здесь? — задыхаясь, спросил Мицухару.
— Да. Какие вести из крепости?
