Однажды утром, размышляя о том, что для полноты счастья ему нужно жениться на Нэнэ, Токитиро миновал мост через ров перед крепостью. Замечтавшись, он не заметил человека, с ухмылкой шедшего ему навстречу. Думал о Нэнэ? Нет, теперь он думал об обороне крепости в случае возможной осады. Это ведь не ров, а одно название. Он такой мелкий, что после десяти дней жары в нем оголяется дно. При штурме хватит и тысячи мешков с песком, чтобы завалить его. К тому же в крепости скудный запас питьевой воды. Следовательно, вода оказывается уязвимой точкой обороны. На долгую осаду ее не хватит… Бормоча себе под нос что-то непонятное для чужого уха, Токитиро не обратил внимания на человека гигантского роста, шагавшего ему навстречу.
— Господин Обезьяна! Уже приступили к службе? — Встречный похлопал Токитиро по плечу.
Токитиро, подняв глаза, взглянул в лицо говорящему. В это мгновение в голове мелькнул ответ на мучивший его вопрос:
— Нет, пока развлекаюсь.
Человеком, прервавшим раздумья Токитиро, был, разумеется, Маэда Инутиё. С тех пор как он грубо оборвал их беседу, они не встречались. Неожиданное столкновение вне стен крепости показалось юноше добрым знаком. Разговор начал сам Инутиё:
— Господин Обезьяна, тогда в крепости вы мне что-то говорили о деликатном деле. Я сейчас не на службе, поэтому готов вас выслушать.
— Да, конечно… Но то, что я хочу сказать… — Токитиро огляделся по сторонам и стряхнул пыль с камня на краю рва. — Не хотелось бы говорить на ходу. Может, присядем?
— О чем разговор?
Токитиро заговорил, не сумев скрыть волнения:
— Господин Инутиё, вы любите Нэнэ?
— Какую еще Нэнэ?
— Дочь господина Асано.
— Ну да, ее так зовут.
— Так любите или нет?
— А вам-то что?
— Хотел бы вас предостеречь. Вы, похоже, не понимаете положения, в котором оказались, получив согласие ее отца на женитьбу.
— А что в этом дурного?
— Есть некоторые обстоятельства…
— Что именно?
— Дело в том, что мы с Нэнэ давно любим друг друга.
Инутиё уставился на Токитиро и затрясся от неудержимого хохота. Красавец не воспринимал Токитиро всерьез.
— Повода для смеха нет. Нэнэ не такая девушка, чтобы предать меня и согласиться на брак с другим.
— Вот как?
— Мы дали клятву верности.
— Что ж, я не возражаю.
— Возражения есть у отца Нэнэ. Если вы не отступитесь от ваших требований, господину Асано придется совершить ритуальное самоубийство.
— Сэппуку?
— Господин Асано не знал о нашем уговоре, поэтому принял ваше предложение. Нэнэ оказалась в затруднительном положении.
— Чьей женой она хочет быть?
— Моей! — Токитиро решительно ударил себя в грудь.
Инутиё вновь расхохотался, на этот раз не так оглушительно.
— Хватит шуток, господин Обезьяна. Вы когда-нибудь в зеркало на себя смотрели?
— Хотите назвать меня лжецом?
— Зачем Нэнэ муж-страшила?
— А если это правда?
— Тогда примите мои поздравления.
— Значит, вы не станете противиться нашей свадьбе?
— Послушайте, господин Обезьяна…
— Да?
— Все животы надорвут со смеху.
— Истинную любовь не оскорбить издевками. Пусть смеются, нам безразлично.
— Вы не шутите?
— Совершенно серьезно. Когда женщине не нравится мужчина, она уклоняется от него, как ива под порывами ветра. Если вам и удастся настоять на своем, пеняйте потом на себя, когда окажетесь в дураках. И пожалуйста, не упрекайте господина Асано, если мы с Нэнэ поженимся.
— Об этом вы хотели поговорить со мной?
— Да. Признателен вам за вашу мудрость. Прошу вас, не забудьте об обещании, которое вы мне дали.
Токитиро склонился в поклоне, а когда выпрямился, Инутиё уже не было рядом.
Через несколько дней Токитиро зашел к Матаэмону.
— Я по поводу того, о чем мы недавно беседовали, — деловито начал Токитиро. — Я поговорил с господином Инутиё, растолковав ему затруднительность вашего положения. Инутиё заявил, что не будет настаивать на женитьбе, если ваша дочь не желает выходить за него замуж, и проявляет благосклонность ко мне. По-моему, он смирился с судьбой.
Токитиро произнес это как нечто само собой разумеющееся. Матаэмон растерялся от неожиданности. Токитиро продолжил свою речь:
— Господин Инутиё, разумеется, сожалеет, что ваша дочь выйдет замуж за другого. Он не будет чинить препятствий нашему браку с Нэнэ и как истинный мужчина поздравил меня. Он будет недоволен, если вы отдадите Нэнэ не за меня, а за кого-нибудь еще.
— Погоди, Киносита. Если я правильно тебя понял, господин Инутиё согласен на то, чтобы Нэнэ вышла только за тебя?
— Совершенно верно.
— Невероятно! Кто пообещал Нэнэ тебе в жены? Когда это произошло?
— Вынужден признать, что никто не давал мне таких обещаний.
— В чем же дело? Я не просил тебя плести господину Инутиё всякие небылицы.
— Нет…
— Зачем же ты глупостей ему наговорил? Придумал, будто вы с Нэнэ помолвлены. Сущий вздор. — Сдержанный и прекрасно воспитанный Матаэмон вышел из себя. — Все решат, что это шутка. Но даже и шутка способна навредить незамужней девушке. Ты находишь это забавным?
— Разумеется, нет. — Токитиро понурил голову. — Я виноват, просто не сообразил, к чему это может привести. Прошу прощения. Мне очень жаль.
Матаэмон с отвращением посмотрел на него:
