– Ваше высочество, мы не нашли их командира среди живых. Только нескольких начальников, в званиях, равных нашему капитанскому.
– Приведите.
– Они здесь, ваше высочество.
Грегор оторвался от созерцания карты и повернулся. Оглядев двух командиров вражеской армии с ног до головы, он произнес достаточно нейтральным голосом:
– Ответьте мне только на один вопрос, во имя Райяны. Что вам понадобилось в нашем королевстве? – Несмотря на то что вопрос был задан едва слышно, даже стоявшие рядом гвардейцы принца поежились от металла, сквозившего в голосе принца.
– Мы всего лишь солдаты, и мы делаем то, что нам приказывают,– пожав плечами, медленно, с сильным акцентом произнес один из пленных.– Нам обещали славу и почет. А в случае победы Великий обещал каждому земли в этих краях и много рабов. Всем, кто отправился через море.
– Рабов? – насмешливо переспросил Грегор.– Иногда я начинаю сожалеть, что мы не приемлем рабства. Некоторым из вас оно явно пошло бы на пользу. Как будто у людей не хватает других проблем, кроме как воевать между собой за почет и славу.
Принц помолчал, затем тряхнул головой, и его речь приняла обычный деловой характер:
– Как я и обещал, всем вам будет дарована жизнь. Не пытайтесь бежать, и суд короля над вами будет справедлив. Если вы командиры для своих солдат, то оставайтесь ими даже в плену. Вам придется много сделать, чтобы помочь этим людям предотвратить голод, который грозит им этой зимой по вине вашего… Великого. Организуйте подчиненных и похороните ваших мертвых по тем обычаям, что у вас приняты. Это все.
Грегор вновь вернулся к карте, не глядя, как стражники уводят пленных.
– Погребальный костер вечером. Выходим с раннего утра. Мы и так слишком задержались,– добавил он, мысленно еще раз прикидывая маршрут до Шалы.– Как бы мы ни спешили, нам понадобится дней десять, чтобы прийти на помощь королевской армии.
– Они начнут штурм прямо на рассвете.– Ракан медленно пробирался по крепостной стене, обходя наваленные колчаны со стрелами, рогатины и кучи булыжников. Вслед за ним шагал капитан, отвечающий за ночной караул.– Они должны быть голодны, они устали от длинного перехода, и их командирам не терпится размять кости. Так что прямо на рассвете.
– Рассвет наступит не более чем через час,– заметил идущий за генералом капитан.
– Да, капитан, рассвет скоро.– Ракан повернул лицо в сторону спрятавшегося за стенами и зданиями моря.– Прекрасное зрелище – рассвет на море. Восходящее солнце подсвечивает волны, и от этого вода приобретает неестественные краски. Неестественно красивые – розовые, красные, бордовые. Знаете, капитан, когда мне представилась возможность, я специально попросился служить в Клевер. Специально, чтобы иметь возможность видеть эти рассветы. С тех пор я не пропускаю почти ни одного ясного утра.
– А это утро будет ясным,– встрял в монолог генерала его подчиненный.
Генерал замолчал, как будто устыдившись своего откровения, и дальнейший путь они продолжали в полном молчании.
За стенами крепости, совсем недалеко от них, горели сотни костров, обозначая позиции армии, осадившей крепость. Генерал заговорил вновь лишь через полчаса, посмотрев на быстро светлеющий горизонт:
– Решетки проверили?
– Да, мой генерал,– тут же откликнулся капитан,– решетки опущены, по реке не проберется никто.
– Все же поставьте взвод у реки, мало ли что они придумают. Первый день будет самым тяжелым. Если мы продержимся сегодня, то дальше будет полегче. Судя по кострам, их не так уж и много – могло бы быть и хуже.
Здесь, на юге, у самого моря, рассветало быстро. Еще полчаса назад была кромешная тьма, сейчас же генерал, поднявшийся на вершину цитадели, легко мог рассмотреть выстраивающиеся вдали, за пределами досягаемости стрел, шеренги вражеского войска.
– Лестницы, веревки, багры…– перечислял стоявший рядом сержант Арук,– все, что они могли смастерить за столь короткое время. Если бы у нас был хоть небольшой ров, с этим они даже не подошли бы к стенам.
– Какой ров в скалах?! – ответил генерал.– Зато мы можем не опасаться подкопов. Отправляйтесь к восточной стене, сержант. Она опускается ниже всего, и там нам следует ожидать самого тяжелого удара. Отправляйтесь и не дайте ни одному из них к вам подняться.
Арук кивнул и бегом кинулся выполнять приказ.
– Семь тысяч, мой генерал,– доложил капитан, только что беззвучно шевеливший губами при подсчете шеренг противника. Из них около тысячи ренегатов, их сразу видно – слишком разношерстно одеты и вооружены. Думаю, они пустят их первыми.
– Это неважно. Семь тысяч осаждающих – это немного больше, чем мне бы хотелось. Но меньше, чем могло бы быть. Что говорит А’Натрэт?
– Маг молчит, мой генерал,– приблизился посыльный.– Он выдворил меня, сказав, чтобы не мешали ему заниматься делом. Сказал только, что о вражеских магах будет беспокоиться он сам. И наши вопросы ничем ему не помогут. Еще сказал, что справиться с магами хутов ему будет даже легче, чем выплавить еще сотню лотонов.
