– Не думаю, мой принц,– после паузы ответил барон.– Этот клоун настолько хорош, что ничто не заставит его бросить выступать перед публикой. Разве что король дарует ему земли и титул. Тогда ему поневоле придется заниматься другими делами… Было бы жаль…
– Да, было бы жаль,– согласился принц и посмотрел на следующего циркача, вышедшего на арену. Циркач был с ног до головы одет в черное, лишь кое-где на его плаще сверкали золотые искры.
– Знаменитый Моррей! Мастер перевоплощения и властелин стихий! Его иллюзии поражают всех, кому удается увидеть его мастерство!
– Фокусник? – спросил принц.
– Скорее иллюзионист,– шепнул в ответ барон.– Я слышал, что многие маги звали его в свои ученики. Но он предпочел стать циркачом, хотя и знаком со многими из наших волшебников, а с некоторыми даже переписывается. К его мнению прислушивается даже знаменитый властелин иллюзий, маг восьмой крепости запада.
– Посмотрим, так ли он хорош,– с улыбкой заявил Денис, прищуриваясь. В годы обучения ему приходилось читать трактаты о магии иллюзий, и он считал, что способен противодействовать простым чарам, которые мог наложить на толпу иллюзионист.
Циркач раскланялся и подошел к ящику, заботливо выставленному для него на арене. Выхватив из него небольшой шарик, он высоко подкинул его в воздух. Шар ярко вспыхнул высоко над ареной, на мгновение ослепляя зрителей, рефлекторно следивших за его движением.
– Старый трюк,– прошептал принц, не отрывая взгляд от иллюзиониста. Денис был один из немногих, кто сумел заметить, как мастер иллюзий бросил второй маленький темный шар, покатившийся по арене и остановившийся, только ударившись в ограждение.
Принц проследил за этим шариком, посчитав, что фокус будет разворачиваться вокруг него. И ошибся. Шарик так и остался неподвижно лежать на насыпанных опилках. Взгляд метнулся обратно к иллюзионисту, и тут Денис понял, что первый тур он проиграл. За короткие мгновения циркач непостижимым образом успел полностью сменить свое одеяние и теперь стоял, полностью облаченный в белое. На белом плаще по-прежнему сверкали узоры, расшитые золотом.
– Великолепно! – прокомментировал принц.– Двойной отвлекающий маневр. Но как он успел так быстро переодеться?
Помахав в воздухе рукой, иллюзионист раскрыл ладонь – и публика увидела сидящего на ней крошечного желтого цыпленка. Представление иллюзиониста началось…
– Странные места. Глухие, как будто людей здесь не было никогда.– Фантом оглядывал склоны оврага, перед которым они остановились.
– Зато зверья здесь полно,– утешил его Гедон,– даже зимой мы не останемся без еды, а это главное.
Ветер срывал последние листья с кустов, которыми зарос овраг, и сбрасывал их на самое его дно. В некоторых местах, где листьям удавалось за что-нибудь зацепиться, их собралось так много, что в шуршащее море можно было погрузиться с головой. Осень по-прежнему радовала отсутствием дождей, и последние несколько ночей они так и спали – на лиственных подстилках, надолго заменивших им нормальные постели.
Маленький вихрь закрутился по оврагу, играя в этом разноцветном море, поднимая в воздух то один, то другой листок, как будто любуясь каждым из них. Потом он отпускал их, словно неудовлетворенный представленной красотой, и бросался на поиски новых претендентов на утоление его взыскательного вкуса. Вихрь метался от одной кучи листьев к другой, приходя в неистовство от бесконечности своих поисков совершенства, поднимался к вершинам кустов, срывая одиночек, которые еще держались на ветках, и отбрасывая сторону, к их собратьям, не оправдавшим его ожиданий.
Один из лиственных холмов зашевелился и вздыбился. Даниэль выпустил первую стрелу раньше, чем остальные поняли, что это не очередные проделки расшалившегося ветра. Отряхиваясь от укрывавшей его листвы, по склону в их сторону направлялся лесной тролль. Стрела Фантома ударилась ему в лоб чуть выше правого глаза, не причинив особого вреда.
– Вот тебе и зверье! – крикнул Гном, скидывая меховую накидку и берясь за секиру.– Шатун, присоединишься?
– Пляски с троллями скоро войдут у нас в привычку,– ответил Шатун, делая шаг вперед и выставляя перед собой молот.
– Смотрите не привыкните.– Ким пытался прицелиться в единственное слабое место тролля – его глаза, но пока не решался спустить тетиву.
В отличие от арбалета Кима, лук Даниеля выпускал одну стрелу за другой. Тролль пошатывался, как будто спросонья, и его движение в сторону отряда было очень неровным. Поэтому только третья стрела, выпущенная из лука рейнджера, угодила в правый глаз лесного чудовища.
– Есть! – воскликнул Шатун и двинулся вперед.
– Стой! – прервал его движение голос Виктора.– Моя очередь. Вы с ним будете слишком долго развлекаться, вспомните прошлый раз.
– Как скажешь.– В голосе Шатуна послышалось чуть ли не разочарование.
Вперед выступил маг, что не помешало Фантому продолжать выпускать стрелы. Рейнджер не считал, что со слепым троллем будет справиться труднее, чем со зрячим.
