Лучше не дразнить дракона. Решаю сменить тактику.
- Ты голодна?
- Мне определенно нужен кофеин, - она убирает несколько ярких прядей за уши, впиваясь зубами в нижнюю губу. Я сдерживаю стон, который едва не срывается с губ, потому что, черт возьми, она чертовски сексуальна. Даже в самые неподходящие моменты.
- Я, ммм... прости, только что я все сделала странным.
- Не беспокойся, - я нажимаю на пульт и открываю машину. Да, могу с уверенностью сказать, что это будет длинная ночь, или гребаный тест. Может, и то, и другое. Если я пройду через это, я в деле. Она в деле. Мы. Вместе с ней. - Пошли. Давай добудем тебе немного кофеина.
Он был настолько милым, что растопил все мое внутреннее сопротивление. Я с самого начала была решительно настроена не реагировать на его очарование, когда он только отошел, выглядя достаточно соблазнительно, чтобы возникло желание попробовать его кожу на вкус. Без рубашки, в результате его обнаженные мышцы так и приковывают к себе взгляд, его улыбка, кажется, предназначена только для меня. Этот тлеющий взгляд в его глазах, снова, кажется, только для...
Меня.
Я до сих пор не понимаю. Так или иначе, со мной, страшной и раздутой, и ведущей себя, как сумасшедшая женщина с ПМС, он по-прежнему хочет быть рядом. Привез меня в «Старбакс» и купил большую порцию мокко с белым шоколадом и льдом, обезжиренный, никаких взбитых сливок, спасибо большое. Он вручил мне его как приз, с милой улыбочкой на его совершенных, сексуальных губах, и я приняла его с благодарностью.
Конечно, потом он привез меня к себе домой, пошарил в морозилке и обнаружил гигантскую упаковку мороженого rocky road*. А затем поставил чашку с мороженым передо мной, так что теперь я с жадностью его ем, сидя на кухне, допивая мокко с белым шоколадом.
Сочетание моего любимого кофейного напитка и шоколадного мороженого с этими маленькими замороженными зефирчиками внутри. Да, зефир - самая лучшая вещь в мире, надеюсь, вы понимаете это, я в раю. Даже спазмы не способны расстроить меня.
Не то, чтобы у меня их больше нет. Хотя, если не зацикливаться на этом, то можно не замечать болей в животе. На самом деле, внушает отвращение, как я ем мороженое и запиваю кофе из «Старбакс». Я смотрю вниз на пустую миску, разозлившись на себя.
- Тебе стоит прекратить облизывать ложку, - неожиданно Шеп появляется передо мной, выражение лица обиженное, рот растянут в недовольной гримасе.
Я бросаю ложку в миску, пораженная его появлением. Он вышел из кухни сразу же, как только поставил передо мной миску с мороженым, и я сильно смущена, чтобы признаться, что даже успела забыть о нем, потому что была в шоколадно-кофеиновой дымке.
- Почему? – осторожно спрашиваю его.
Он наклоняется над столешницей, его темный, тлеющий взгляд не отрывается от меня.
- Я вижу твой язык.
Все внутри меня становится теплым и жидким. Я хватаюсь за край стола, молясь, чтобы не соскользнуть с табуретки подобно идиотке.
- Тебе не нравится смотреть на мой язык? - мой голос тих, грудь горит и наполняется чем-то... незнакомым. Это кокетливая игра, в которую мы играем, в основном односторонняя. Я всегда чувствую, что он - тот, у кого вся власть.
Но прямо сейчас, в этот момент, ощущаю, что я – та, кто главенствует, и мне нравится это.
- Я охренеть как люблю видеть твой язычок. Но, учитывая правила, озвученные тобою для нас, это не что иное, как поддразнивание, - он наклоняется еще ниже над столешницей, руки приближаются, словно ему отчаянно необходимо прикоснуться ко мне.
- Какие правила? - я отклоняюсь назад, нуждаясь в дистанции. Он - чистый соблазн. То, как он выглядит, как пахнет. Я думаю, что он переоделся. На самом деле, он выглядит, словно только что вышел из душа. Его волосы влажные, и он пахнет свежестью и чистотой.
Свежесть и чистота - так охрененно вкусно, что всем своим существом я пытаюсь не перепрыгнуть через стол и схватить его.
- Ты с самого начала установила правила, что ничего не произойдет между нами сегодня вечером, - напоминает он мне.
Ох. Точно. Ничего не произойдет. Я смотрю на его губы, реально изучаю их. Они идеальной формы. На его нижней полной губе маленькая впадинка. Контуры которой мне так и хочется изучить языком.
Дерьмо.
Его верхняя губа тоньше, но не намного, и в этот самый момент он надул губки, хотя на самом деле не надул, но я не знаю, как еще описать их. Все, что я знаю, мне это нравится. Воспоминания проносятся передо мной, одно за другим. Когда он поцеловал меня у двери. На кровати. В машине. Его вкус. То, как он прикасался ко мне, то, что он говорил...
Я пожалела о том, что сказала ему. Правила ведь можно нарушать, так?
- Я передумала, - бормочу, мой взгляд по-прежнему не покидает его рот.
Он поднимает брови.
- Насчет чего?
