Честное хулиганское! полностью

Справившись в два счета с изысканным блюдом, он перевел дыхание и продолжил:

— Как выяснилось, в этих джунглях нога человека все же ступала, и даже не одна. Нас привезли в места, где японцы во время войны держали пленных солдат английской и американской армий. Военнопленные строили мост через реку, который должен был соединить два каких-то важных района. Конечно, условия были ужасные, многие погибли от голода и от тропических болезней. Потом уже об этом эпизоде войны сняли фильм, и теперь зажравшиеся западные туристы платят большие деньги, чтобы провести две недели в таких же условиях, как те военнопленные. — Рудик театральным жестом поднял руку и воскликнул: — Но я-то за что мучился?

— Ты же сам сказал — за любовь, — напомнил Маркиз.

— Да, точно. В общем, представь: дикая жара, сырость, как в турецкой бане, комары размером с добермана и такие же злющие, никакого роуминга, вместо жилья — шаткие бунгало из сплошных щелей и дырок. Когда мы с подругой пытались уединиться, выяснялось, что через эти щели за нами с интересом наблюдает половина населения ближайшего поселка. А самое печальное, что от усталости и отсутствия комфорта мне все реже хотелось с ней уединяться! Я уже не говорю о том, что кормили нас ужасно и порции были очень скудные. Наверное, хотели приблизить условия к тем, в которых содержались пленные союзнических армий. Для полноты впечатления, так сказать.

Рудик огляделся в поисках официанта, и тот тут же возник с тележкой, на которой красовался ягненок на вертеле. Рудик с довольным урчанием вонзил зубы в мясо и на какое-то время замолчал. Когда с ягненком было покончено, он продолжил:

— Ты знаешь, старина, что я физически не могу существовать без экономической информации. Курс валют, ситуация на рынке ценных бумаг, индекс Доу — Джонса — для меня это как воздух. Даже в этих джунглях я сохранил подписку на основные источники…

— Это каким же образом? — заинтересовался Маркиз. — Ты вроде сам только что сказал, что там не было связи. Кстати, я сам имел возможность в этом убедиться.

— Извини, старик! — Рудик виновато улыбнулся. — Обычной сотовой связи там на самом деле нет, но главную экономическую информацию мне сбрасывали по спутниковому каналу, так что я держал руку на пульсе… Слушай, если ты не будешь свой сыр, можно я его съем?

— Пожалуйста, дорогой! У меня совсем нет аппетита. — Леня пододвинул приятелю сырную тарелку.

— Так вот, однажды утром я узнал о необычном падении курса ценных бумаг на гонконгской бирже. Такое падение должно было предвещать серьезную природную катастрофу в тех местах, где мы находились.

— Что? — Маркиз решил, что ослышался. — Как одно связано с другим?

— Связь прямая, старик! В мире все связано, а уж биржа — это зеркало, которое отражает все на свете. Короче, я сказал своей приятельнице, что скоро что-то должно произойти — землетрясение, цунами, на худой конец, военный переворот. Ты представляешь, она в ответ подняла меня на смех!

— Представляю себе, — ухмыльнулся Маркиз.

— Нет, ты не представляешь! — оборвал его Рудик. — Слово за слово, мы окончательно разругались, и я на попутном слоне добрался до ближайшего города, оттуда в Пномпень и, наконец, домой. Теперь вот отъедаюсь и прихожу в себя! — Он окинул опустевший стол голодным взглядом. — А самое интересное, что сегодня по дороге сюда я купил газету, и что я там читаю?

— Что? — Маркиз почувствовал, что требуется его реплика.

— Вот что! — Рудик победоносно протянул ему сложенную газету и отчеркнул ногтем нужное место:

«Вчера в округе Камнанг на юго-востоке Камбоджи произошло землетрясение силой девять баллов по шкале Рихтера. Это тем более удивительно, что этот район исторически не принадлежит к сейсмоопасным».

— Вот так, — с гордостью произнес Рудик, — а ты не веришь. Да я по колебанию биржевых индексов могу предсказывать погоду точнее любой метеостанции!

— А как же там твоя приятельница? — полюбопытствовал Маркиз. — Она же прямо в эпицентре землетрясения, неужели ты не беспокоишься?

— Ты не представляешь, старик, что это за особа! Да у нее заветная мечта — прыгнуть с парашютом в жерло извергающегося вулкана. От землетрясения она словит самый настоящий кайф. Если бы туда еще докатилось цунами — ее вообще было бы за уши не оторвать! Жаль, те места далеко от океана.

— Да, могу тебе только посочувствовать, дружище. Такая дама кого хочешь доведет до судорог.

— Все, вылечился уже, — отмахнулся Рудик. — Прошла любовь, как говорится, завяли помидоры. Да, кстати, ты вроде пригласил меня не только ради этой трагической истории? Выкладывай, что у тебя за дело.

— Как обычно, нужна твоя консультация.

— Само собой, старик, само собой. Только закажу десерт, и я полностью в твоем распоряжении.

Через десять минут, разделавшись с десертом, Рудик пригубил кофе и сыто откинулся на спинку стула.

— Что там у тебя, старичок?

Маркиз расстегнул портфель и выложил на стол копии страниц из папки заказчика.

— Посмотри вот эти материалы, — попросил он Рудика, — и скажи, что ты об этом думаешь.