Йола вздохнула с облегчением, когда Джини вошла в магазин. Возле прилавка выстроилась очередь, все шуршали покупками, но сохраняли торжественное спокойствие, будто одно только решение приехать сюда в это здоровое, экологически чистое место сделало этих людей лучше.
– Доброе утро.
Джини узнала одного из постоянных клиентов, пока открывала вторую кассу. Какое-то время они с Йолой работали молча, обслуживая клиентов, но вскоре магазин опустел, и они смогли устроить себе небольшой перерыв.
– Чаю? – Джини направилась в глубь магазина, где находилась крошечная кухня.
– Мы можем поговорить? – Йола взяла чашечку чая, но казалась взволнованной. Джини застонала про себя. Она уже давно боялась, что Йола решит вернуться в Польшу. Она знала, что жених Йолы уговаривает ее вернуться домой вместе с ним, но до сих пор ей удавалось сопротивляться. Джини щедро платила ей, по ее словам, на сто процентов больше, чем она получила бы в Польше, и Йола любила свою работу. Но ее жених не сумел прижиться здесь – он до сих пор с трудом говорил по-английски – и возмущался всем ее успехам, хотя (или потому что) именно на ее зарплату он и жил. Йола не сводила с нее глаз.
– Джин, я думаю, что-то не так с вами… с магазином.
Джини удивилась.
– Я случайно подслушала ваш разговор на прошлой неделе… вы говорили подруге, что не хотите уезжать из Лондона…, но я не понимаю, что вы имели в виду.
Она поправила свои очки в черной оправе, ее маленькое личико сморщилось от напряжения.
Джини задумалась. Что она тогда сказала? И вспомнила: она жаловалась Рите на то, что Джордж договорился посмотреть дом на следующей неделе, а ей совершенно не хочется ехать с ним.
– Вы же не уедете? Не оставите магазин?
– Нет, ни за что. Я не брошу магазин, Йола, – решительно покачала головой Джини.
Но Йола все еще сомневалась.
– Буду честна. Джордж хочет переехать за город, но у меня нет никакого желания ехать туда. Обещаю тебе, Йола, я не откажусь от магазина.
– Но ваш муж? – Йола выросла в более традиционной культуре.
– Он не заставит меня, – убеждала ее Джини, хотя на мгновение почувствовала беспокойство.
– Я рада, – кивнула Йола, улыбаясь.
– А как же Польша?
– Нет, нет… пока нет… мой жених получил работу. Он тоже рад.
– Не забудьте, что на следующей неделе мы уезжаем.
Алекс продолжал налаживать с ней дружеские отношения.
– Завидую вам. Бретань чудесна в это время года.
– Наверное, – нахмурился Алекс.
– Постарайся изобразить радость.
– У меня столько работы. В галерее сказали, что если я не закончу к сентябрю, то потеряю место, и они не смогут включить меня в график до конца следующего года.
Они стояли в прихожей, Элли тянула Джини за руку.
– Пойдем, Джин, пойдем. Ну, пойдем же, хватит болтать.
– Уже иду, дорогая. Сходи за своим зонтиком, и мы возьмем его в парк.
Ее внучка была без ума от своего новенького зонтика, зеленого, с маленькими динозавриками, который она таскала повсюду, раскрывая и складывая, независимо от погоды. Джини показалось, что Алекс хочет сказать еще что-то. Приехали, подумала она. Сейчас я узнаю, почему последнее время он такой милый.
– Гм… Джин, я хотел спросить.
Джини подняла брови, ожидая, что он скажет.
– В общем… мне нужно больше свободного времени. – Он провел рукой по своим темным кудрям, забрызганным голубой и зеленой краской, и прислонился к стене возле лестницы. – Я хотел спросить, не могли бы вы оставаться с Элли почаще до конца лета?
У Джини во рту пересохло.
– То есть каждый день?
Алекс изобразил извиняющуюся улыбку.
– Это было бы здорово. Она ходит в садик два дня в неделю до обеда, а вы и так забираете ее на один вечер, так что разница небольшая. Я понимаю, просьба серьезная, но Шанти и слышать не хочет о том, чтобы Элли все время проводила в саду, а няню мы сейчас не можем себе позволить.
– Но Алекс, у меня же магазин.
– Да, я понимаю, но разве Йола не может сама справиться? Это же временно, – пожал он плечами.
Джини не верила своим ушам.
– Вообще-то нет, не может. Она на многое способна, но совершенно не разбирается в заказах и бухгалтерии.
Джини не стала продолжать: ей не нужно было оправдываться.
Алекс отвернулся, но Джини заметила, как напряглись его скулы. Он злился.
– Я могу забирать ее еще на один вечер, если это поможет. – Несмотря на неприязнь к зятю, она все же сочувствовала ему. – Извини, Алекс, я бы рада помочь, но ведь это мой бизнес. Я не могу бросить его на три месяца.
– Но если вы переедете за город, то все равно бросите его скоро. Джордж возместит все убытки, не так ли?
– Это к делу не относится. – Подобная самонадеянность вывела ее из себя, и она повысила голос. – Кстати, для твоего сведения, я не собираюсь переезжать за город.
Элли стояла у входной двери, сжимая в руках зонтик и наблюдала за ними.
– Знаете что, забудьте, – выпалил Алекс злобно. – Извините, что спросил.
– Я бы помогла тебе, если бы могла.
– Да, конечно, – бросил он на нее свирепый взгляд, а затем нарочито отвернулся.
– Алекс, перестань. Конечно, у нас были разногласия, но я отказываю не из-за этого. Я же сказала, что буду приходить дважды в неделю.
– Как угодно…
