– Когда вы признаете, что вам нужна помощь, вам станет намного легче.
– Я сейчас ударю вас.
Хромов посмотрел на Поплавского и заметил, что тот прищурился, а на его лице заиграли желваки. Кажется, он не шутит.
– Это лишнее. Пожалуй, наше время истекло. Зинаида Петровна!
– Извините. Вспылил.
Судя по тому, что Поплавский стал растерянно оглядываться по сторонам, он пожалел о своих словах.
– Ничего страшного. Но нам действительно на сегодня стоит закончить этот разговор.
Когда Поплавский ушёл, Хромов закурил прямо за столом, не подходя к раскрытому окну. Этот разговор вымотал его. Подобных пациентов он не встречал давно.
Его смущало, что в словах Поплавского прослеживается железная логика. Его не сокрушить нелогичностью бреда – его болезнь стройна и логична. Слова, мыслеформы, образы. Пустынники. Механические пауки.
Парень начитался в детстве фантастики. Случилось что-то, из-за чего он выдумал себе фантастический мир и стал воспринимать его как реальный. Школьная травля, конечно, тоже дала о себе знать – такие вещи не уходят из головы до конца жизни…
Он докурил, поставил чайник, снова залез в ЖЖ Поплавского, промотал несколько постов вверх.
Чайник забурлил, вспенился и щёлкнул.
Хромов снова насыпал в кружку кофе, залил кипятком, достал ещё одну сигарету и опять закурил, подумав неожиданно, что, кажется, уже совсем обнаглел – да и так много курить не очень полезно для здоровья.
