Четвероевангелие полностью

В конце, обращаясь к слушателям, Иисус Христос говорит: «Но есть из вас некоторые неверующие» (Ин. 6: 64) и далее евангелист поясняет: «Ибо Иисус от начала знал, кто суть неверующие и кто предаст Его» (Ин. 6: 64). Словами от начала евангелист указал на добровольность жертвы Христа и Его незлобие.

Праздник Кущей был одним из великих иудейских праздников, когда каждый благочестивый иудей обязан был прийти в Иерусалим для поклонения. Иудейский историк Иосиф Флавий характеризует праздник Кущей как «выдающийся и свято чтимый у евреев»[297]. Такое почтение праздника Кущей, также как и праздников Пасхи и Пятидесятницы, связано с событиями Исхода, который стал актом усыновления Израиля Богу.

Праздник отмечался торжественно, радостно и необычно: в это время иудеи вспоминали, как их отцы жили в пустыне, убежав из земли рабства. Для того чтобы вполне войти в атмосферу праздника, иудеи все это время жили в палатках (кущах) – на улицах, на крышах домов устанавливались кущи, вокруг Иерусалима разбивался огромный палаточный городок. Жить на протяжении праздника Кущей в палатках иудеям повелел Сам Господь, заповедовав через Моисея: «И сказал Господь Моисею, говоря: скажи сынам Израилевым: с пятнадцатого дня того же седьмого месяца праздник кущей, семь дней Господу; в первый день священное собрание, никакой работы не работайте; в течение семи дней приносите жертву Господу; в восьмой день священное собрание да будет у вас <…> В кущах живите семь дней; всякий туземец Израильтянин должен жить в кущах, чтобы знали роды ваши, что в кущах Я поселил сынов Израилевых, когда вывел их из земли Египетской» (Лев. 23: 34–36, 42–43). Поскольку этот праздник совпадает с периодом сбора плодов, то наряду с различными жертвами Богу преподносились и благодарения в виде приношения начатков от собранного урожая, поэтому он назывался еще «праздником жатвы первых плодов» (Исх. 23: 16).

Особенности празднования включали два символических действия, также напоминавшие о днях пустынного попечения Бога о народе, бежавшем от египетского рабства.

1. Утром каждого дня один из священников приносил воду из Силоамского колодца, которую, смешав с вином, «возливали» на жертвенник. Это возлияние служило выражением благодарности потомков тех иудеев, жажду которых Бог утолил в пустыне: Моисей, по Божьему повелению, ударил своим жезлом в скалу горы Хорив, и из камня изошла вода (Исх. 17: 1–7). Кроме того, это действие напоминало пророчество Исаии: «И в радости будете почерпать воду из источников спасения» (Ис. 12: 3).

2. В первый день празднования в Храме, во дворе жен, во время вечерней жертвы возжигались четыре светильника. Высота светильников составляла пятьдесят локтей (около двадцати пяти метров), и их огни были видны на весь город. Это было воспоминанием о том столпе облачном, которым Господь указывал путь народу израильскому, уходящему из Египта (Исх. 13: 21–22).

Сразу надо сказать, что оба символических действия непосредственным образом относятся к Лицу Иисуса Христа, на что указывает Он Сам, говоря: «Аще кто жаждет, иди ко Мне и пей» (Ин. 7: 37)[298] и «Я свет миру; кто последует за мной, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни» (Ин. 8: 12)[299]. Христос дал иудеям воду в пустыне, Он был и светлым столпом (облаком), которое покрывало бегущих из Египта иудеев днем и освещало ночью, по слову того же апостола Павла: «Отцы наши все были под облаком, и все прошли сквозь море; и все крестились в Моисея в облаке и в море… Ибо пили из духовного последующего камня; камень же был Христос» (1 Кор. 10: 1–2, 4).

Очевидно, что служение Спасителя к тому времени уже сильно взбудоражило умы. Евангелист Иоанн отмечает, что простой народ ждал появления Христа, о Нем ходили различные толки[300], иудеи[301] искали Его, чтобы обвинить в несоблюдении Закона Моисеева (Ин. 7: 10–13), а жители Иерусалима точно знали, что Христа хотят убить (Ин. 7: 25).