Кэтрин Гейтс влюблена в Кэша Грира с того самого момента, как он спас ее от сбежавшей козы. По словам Кэша, она младшая сестра, которой у него никогда не было, лучшая соседка в мире и его любимая коллега. Они друзья — лучшие друзья. В мрачные дни ее юности именно дружба помогала ей выжить и делала жизнь на свалке стоящей того, чтобы жить. Поэтому она научилась прятать свои чувства к Кэшу поглубже, даже если для этого приходится игнорировать глаза, которые сияют ярче летнего солнца в Монтане, и улыбку, озаряющую самый снежный зимний день. Вот только, с каждым годом отрицание все сильнее давит на ее израненное сердце, поэтому однажды Кэтрин решает совершить импульсивную поездку на побережье Орегона. Одна. То есть до тех пор, пока Кэш не садится на пассажирское сиденье. Чем дальше они едут, тем труднее притворяться. И когда она признается в своих чувствах, то узнает, что у Кэша есть свои секреты. Секреты, которые либо свяжут их вместе. Либо разорвут на части.
— Ты уверена? — спросила Ария. Она пристегнула ремень безопасности, но не закрыла пассажирскую дверь.
Океанский бриз, проникший в кабину, взъерошил растрепавшиеся волосы у меня на виске. Одна прядь щекотала мне нос, а другая прилипла к блеску на губах.
Была ли я уверена?
Нет.
Я больше ни в чем не была уверена. Но это то, что случается в жизни. Ты переживаешь моменты мучительной боли. Смерть. Разбитое сердце. Предательство. Ты принимаешь решения, которые могут изменить ход твоей жизни, в надежде на то, что в конце пути тебя ждет что-то хорошее. Ты выживаешь сегодня, чтобы попасть в завтра.
Вчера у меня был дом. У меня была работа. У меня была семья.
Еще вчера я была влюблена.
Но со вчерашнего дня многое изменилось. За последние пять дней изменилось еще больше.
Моим единственным желанием было, чтобы завтра хоть немного утихла эта невыносимая душевная боль. Чтобы желание кричать и плакать уменьшилось.
Был только один способ добиться этого.
Я вставила ключ в замок зажигания.
— Закрой дверь.
Кэтрин
Пятью днями ранее…
Восемьсот тридцать одна миля.
Мое сердце забилось сильнее, когда я посмотрела на цифру на карте. У меня перехватило дыхание. Это была всего лишь поездка по дороге, но мой желудок сжался в комок.
Я не покидала Монтану с того дня, как приехала. Румяная восемнадцатилетняя девушка нашла здесь безопасность. Дом. Я редко покидала Ранчо «Грир и Горный Курорт», не говоря уже о штате, но мне нужно было выбраться отсюда.
Мне нужна была каждая из этих восьмисот тридцати одной мили.
Волнение смешалось с тревогой, когда я дрожащими пальцами закрыла приложение GPS на своем телефоне. Осматривая свой офис, я ломала голову, не забыла ли я что-нибудь сделать в своих стремительных попытках подготовиться к этому неожиданному, но запоздалому отпуску.
У сотрудников был мой номер телефона на случай чрезвычайной ситуации. Электронные письма могут подождать, пока я не остановлюсь на заправке или не окажусь в своем гостиничном номере. Они прекрасно обойдутся без меня пару недель, верно? Кроме стихийного бедствия или пожара, я могла удаленно справиться практически с любой чрезвычайной ситуацией.
Курорт работал как хорошо отлаженный механизм, по крайней мере, когда я была за рулем. Я усовершенствовала процессы и процедуры, тщательно обучая своих подчиненных. Моя квалифицированная команда сможет справиться со всем, что возникнет в течение двух недель. При условии, что никто не уволится.
О боже, пожалуйста, не дай никому уволится. Мое сердце снова бешено заколотилось. Неужели так же чувствовали себя родители, когда отправляли своих детей в колледж? Неудивительно, что матери плакали, а отцы слонялись без дела в день отъезда. Это было тревожно.
Этот курорт был моим детищем. Для меня он был всем. Я работала по десять часов в день шесть дней в неделю. Каждое второе воскресное утро я приходила на работу, чтобы утвердить платежную ведомость, а во вторник задерживалась допоздна, чтобы встретиться с шеф-поваром и обсудить его план питания на будущее.
Мы приближались к летнему сезону, и у меня, честно говоря, не было времени на поездку по тихоокеанскому северо-западу.
Вот только я отчаянно
Потому что, если я увижу Кэша сегодня после того, как он провел последние две ночи вдали от дома в постели с женщиной, я выцарапаю себе глаза. Поскольку я любила свои глаза и способность видеть, мне нужно было немного пространства.
Восемьсот тридцать одна миля пространства, если быть точной.
Именно столько было до Херон Бич, штат Орегон, от Клир Ривер, штат Монтана.
В последний раз просмотрев электронную почту, я выключила компьютер и положила ноутбук вместе с телефоном в сумку. Две ручки рядом с ежедневником — красная для задач, связанных с сотрудниками, и синяя для мероприятий с гостями — были убраны в специально отведенное для них место в моем ящике. Скрепка, которая пыталась оторваться от контракта, была распрямлена. Лист бумаги, который я использовала для составления утреннего контрольного списка, был скомкан и выброшен в мусорную корзину. Затем я провела рукой по спинке своего кресла руководителя, задвигая его под дубовый стол.
Часы на стене, завешенной книжными полками, показывали, что у меня осталось восемь минут до того, как нужно будет заехать к Джемме за «Кадиллаком». Я работала с пяти, но это ноющее чувство, что я что-то забываю, заставило меня пожалеть, что я не пришла в четыре.
Я бросила последний взгляд на свой прибранный стол, и обратила внимание на единственную фотографию в рамке, которая стояла рядом с телефоном. На ней я была запечатлена с Грирами. Как почетный член их семьи, они пригласили — точнее, приказали — мне прийти в день фотосессии семь лет назад. Это была семейная фотография, которая в настоящее время была размещена на веб-сайте курорта и в его рекламных проспектах.
