Заправив технику и осмотрев её, вертолёт был специально подготовлен к полётам в холодной зоне, салон серьёзно утеплён, я с трудом загнал детей обратно, и мы полетели дальше. Следующая посадка была где-то в районе Орла, вокруг снега и деревушки, трудно сориентироваться. Вот дальше отправиться не получилось. Не успели мы взлететь и пролететь буквально сто километров, как впереди фактически стеной на нас начала надвигаться снежная буря, поэтому я принял решение совершить посадку и поменять технику на более подходящую. То есть на снегоход.
Беда была в том, что летели мы в данный момент над лесом, однако нам повезло, я рассмотрел сверху узкую полоску дороги и двигающиеся по ней поезд из трёх саней. Видимо аборигены тоже почувствовали изменение непогоды и спешили в ближайший населённый пункт. Именно по движению санного поезда я их и засёк среди деревьев.
Определив, куда они направляются и, играя штурвалом, повернул вертолёт в туже сторону и буквально через минут действительно обнаружил скрытую в лесу деревушку. Рядом был покрытый сугробами луг к нему я и направился, сбрасывая скорость.
Уже шёл крупными хлопьями снег когда мы совершили посадку, благо она прошла нормально, покинули салон, после чего я убрал машину в За Пазуху и тут же вызвал одну из БМП-2, мало ли кто тут живёт, стоит оберечься. Тем более дети уже одеты в зимнюю одежду и потерпят в салоне.
Мы забрались в салон бронемашины, я запустил двигатель и мы, пробивая колею, направились к дороге, что вела на единственную улицу деревушки. Посмотрим, как тут нас встретят.
— Чёртова непогода, — пробурчал я, управляя машиной. — Если бы не она, мы бы уже к вечеру были во Владимире и уставились на постой.
К счастью деревня оказалось нормальной, обслуживающей государственный тракт, что проходил через лес. Об этом я узнал чуть позже.
Выехав на дорогу, поднимая тучи снега траками, я направился было к деревне, но пришлось съехать в сторону. Дело в том, что этот укатанный санный съезд дорогой назвать сложно, с обеих сторон траки БМП проваливались в снег, доставая до земли, а посередине скребла днищем по накатанному насту и мы чуть было не застряли. Вот и пришлось уйти немного в сторону, и катиться с лёгким креном одной гусеницей по санному следу, другой по обочине.
Въехав в деревню, видно было плохо из-за усиливающегося снегопада, но мне сверху показалось, что в деревне было домов десять, не больше. Тем более, сверху я рассмотрел большое здание с многочисленными постройками, которое принял за подворье корчмы или постоялого двора. Именно к нему я и правил.
На счастье ворота были распахнуты настежь, мне кажется, они вообще вросли если не в землю то в снег, поэтому мы спокойно вкатились во двор, ширины чтобы бронемашина прошла, вполне хватило.
Когда я остановил машину в трёх метрах от крыльца, заглушив мотор, то заметил, как наружу вышла полная тётка, закутанная в платки со свечой в руках, огонёк которой она прикрывала руками, хорошо слышно взвизгнула и, выронив свечу, скрылась внутри здания.
— Выходим, — велел я детям.
Едва мы покинули десантный отсек БМП и убрали её в За Пазуху, как дверь распахнулась и наружу осторожно выглянул довольно молодой мужчина в накинутом сверху тулупе. Он не был застёгнут и под ним я рассмотрел мундир госслужащего. Правда, я не знал какого, не разбираюсь в них, но это уже хорошо. Убрав в кобуру пистолет, которым я держал на прицеле неизвестного, вышел вперёд и спросил:
— Постоялый двор?
— Почтовое отделение, — пояснил тот, ещё раз оглядев двор. — Но комнаты сдаём… Вы тут ничего не видели?.. Хотя о чём это я, негоже гостей на пороге держать в такую погоду, проходите.
Служащий посторонился, а мы прошли в большой освещённый свечами и двумя лучинами зал. Я первый, настороженно крутя головой, за мной дети, последним вошёл неизвестный мужчина.
— Сейчас Марфа Петровна обед разогреет, пополдничаете. Потом она вам комнату подготовит. Вы не против поселиться в одной комнате?
— Более того, я ещё и настаивать на этом буду, — улыбнулся я. — Михаил Геннадьевич Солнцев, путешественник. Со своими детьми изучаю Россию.
— Игорь Михайлович Слащёв, служащий местного почтового отделения, — представился мужчина. — Вы кстати ничего снаружи не видели, сперва гудело в воздухе, потом рычало во дворе. Марфа Петровна выглянула, там увидело большое чудовище, что на неё глядело одним ярким глазом. Я сам в погребе был, когда всё что нужно поднял и вышел во двор, то только вас обнаружил.
— Да не волнуйтесь, было чудовище. Оно нас сюда привезло и дальше укатило. Это самобеглая коляска. Одно из чудес света.
— О-о-о, — заинтересовался мелкий чиновник, но что либо сказать не успел. Из-за занавески выглянула та самая женщина, видимо Марфа Петровна и пообещала, что через минуту всё будет готово, а в дверь ввалились трое здоровенных косматых мужиков с дрынами в руках.
— Игорь Михайлович, Машка сказала к вам на подворье что-то громко ревущее закатилось? — спросил один из них вполне внятно. — Там следы во дворе странные.
— Это гости на постой въехали, всё в порядке, — ответил им Слащёв.