Очистив ум от сожалений и страхов, я погрузился в переживание настоящего. Ощутил тяжесть рук, небольшое напряжение в спине, тепло от соприкосновения с одеждой. Я смотрел на окружавшие меня предметы: на разбросанные книги, на свои карандашные рисунки (часто я рисовал различные фантастические пейзажи, каждый такой рисунок содержал в себе небольшой выдуманный мир, в который я погружался на часы, в котором навсегда сохранялась частица моей личности, моей индивидуальности). Рисунки вернули меня к моей дилемме. В них притаился ответ. Через секунду он пришел как ослепительная вспышка радости. Я нашел причину.
Говоря про ложную личность, Старик обесценивал индивидуальность. Рассказывая про контроль, он упускал детскую непосредственность. Он упускал свободу быть искренним с жизнью. Проживать ее как обычный человек во всей полноте – радуясь и страдая, веря во что-то, создавая что-то новое, свое.
Быть собой (пусть даже ложной личностью), а пустоту оставить старикам. – пришла мысль.
Тем не менее, я не собирался сразу же бросать обучение, под воздействием своих неожиданных сомнений. Напротив, я твердо решил встретиться со Стариком и все с ним обсудить. Возможно, он специально спровоцировал подобную реакцию и это всего лишь очередной этап обучения – надеялся я.
Не откладывая на завтра, я отправился на автобусную остановку.
***
Я неторопливо прогуливался, ожидая автобуса. Семь шагов влево, семь вправо. Мой взгляд, невзначай, остановился на стоящей рядом девушке. Она показалась мне знакомой. Я приблизился и узнал девушку из конструкторского бюро, с которой так и не смог связаться. Это то мне и было нужно в такой день – с благодарностью (не то ко вселенной, не то к судьбе) подумал я.
Она меня не замечала, скорее всего, не узнала – ведь мы никогда не виделись в верхней одежде. И я решил немного за ней понаблюдать. Ее глаза, в отличие от большинства людей, были в контакте с миром. Она с любопытством и тихим восторгом смотрела на уже голые деревья, на проезжающие машины, на людей и небо. Взгляд ее двигался неспешно, мягко. Она стояла прямо, но расслабленно. Руки висели вдоль тела и не двигались. Нет, я ошибся – она делала какие-то медленные движения пальцами левой руки. Поочередно соединяя большой палец с другими, она словно выполняла какой-то серьезный, таинственный ритуал. Я снова перевел взгляд на ее голубые глаза и понял – каждое соединение пальцев привязано к перемещению взгляда. Стоило ей посмотреть на новый предмет, как пальцы разъединялись и соединились вновь и так раз за разом на протяжении уже нескольких минут.
Мне было так интересно за ней наблюдать, что я упустил очевидное – она может в любой момент уехать. Слегка испугавшись своей догадки, я сделал шаг к ней.
– Привет – сказал я с радостью и с нескрываемым уважением в голосе (конечно, она вряд ли его уловила).
– Привет – проговорила она медленно, с подозрением.
Не узнала – подтвердил я мысленно свои опасения.
– Мы как-то недавно встречались с тобой в конструкторском бюро – проговорил я с надеждой.
– А-а. – протянула она и улыбка украсила ее блестящие глаза. – Вспомнила. Говорили, ты меня искал?
– Да. – потупившись, ответил я, чувствуя, что краснею.
Я перевел внимание на ощущения тела. Выследил возникшее напряжение и позволил ему мягко уйти на выдохе (который получился чуть громче и длиннее привычного). Мысль, возникшая в уме, была поймана и легко обезврежена. Мысль, что «я волнуюсь». Сразу стало легче, несмотря на то, что физиологические признаки страха сразу не ушли.
– Мне звонил твой парень – с извинением произнес я.
– Это не парень. Брат – с доброй усмешкой поправила она. – Слушай, тебе же интересны всякие медитации и тому подобное? – как-то беспечно спросила она, поправив волосы. – Помнишь, ты говорил о настоящем присутствии?
– Да, конечно. – только и ответил я, ошеломленный сказанным.
– Поехали со мной. Я сейчас к речному вокзалу. Знаешь, где шар?
Я кивнул. Площадь у речного вокзала я хорошо знал (недалеко располагался кабинет Старика и мы частенько там прогуливались). Посреди нее был установлен огромный металлический шар Бухгольца.
– Познакомлю с интересным человеком. – продолжала она с воодушевлением. – Вот, кто знает все о присутствии.
Я не верил своим глазам. Впервые, почти незнакомая, красивая девушка куда-то меня приглашает. Не думая, я согласился и вскоре мы вошли в подходящий автобус. Правда, всю дорогу пришлось стоять – свободных мест не было. Я надеялся, что в пути мы сможем пообщаться. Но всю дорогу она оживленно проговорила по телефону. Обсуждала свою работу, какие-то чертежи, планы и тому подобное. Сперва я надеялся, что разговор быстро закончится, но поняв, что не стоит на это и надеяться, перестал слушать и занялся практикой. Практикой, которой научил меня Старик. Почему я до сих пор их делаю – возникла мысль. С моих грустных для меня умозаключений прошел какой-то час, а выводы о Старике казались уже не такими однозначными. От этого мне стало полегче.
