Эти песни имеют теперь продолжение, как ни странно, жизнь свою дальнейшую в смерти, потому что на могилах погибших альпинистов, на камнях пишутся или вырезаются слова вот из этой песни: «…Тот камень, что покой тебе подарил» или «Нет алых роз и траурных лент». И мне присылают фотографии таких камней с этими надписями. Недаром работаешь, если твои слова ставятся на камень, для меня это стоит довольно много.
На Кавказе была очень странная война. Дело в том, что там воевала немецкая дивизия «Эдельвейс», которая состояла из альпинистов. Эти альпийские стрелки перед войной прошли прекрасную практику в горах и у себя, и на Кавказе. Был там даже такой капитан Грот, который обнаглел и в сороковом году поставил немецкий флаг на Эльбрусе. Однажды во время съемок «Вертикали» мы в Итколе в гостинице встретили группу немцев. И был там очень спортивный такой человек, лет так примерно пятидесяти с лишним, загорелый такой, в шортах. Я взял и спросил его: «Кто вы?» Он, оказывается, сына привез, а раньше воевал в дивизии «Эдельвейс» и даже ходил вместе с этим капитаном Гротом. Немцы хорошо знали Кавказ, у них были свои подробные карты, — наши инструкторы перед войной ходили вместе с ними на восхождения. И вот они встречались здесь уже как противники. Раньше их жизнь зависела друг от друга, и теперь тоже, но уже иначе.
И вот меня поразил случай, который мне рассказали. Один наш инструктор в сороковом году спас немецкого альпиниста, когда они вместе ходили, а в сорок третьем был бой, после которого крикнули с немецкой стороны: «А у вас такой — фамилия его Васильев — есть? Вчера ефрейтора у нас убили, он с ним вместе на Эльбрус ходил — привет ему передавал». И у нас в фильме, когда главный герой спускается вниз — самый трудный участок ему осталось пройти, потому что надо быстрее, начинается Непогода, он падает и не может встать, ему вспоминается вот этот бой — там идет хроника настоящего боя с дивизией «Эдельвейс» — и звучит такая песня.
