– Хвала Аллаху, ты спасен! – хрипло закричал Калил, обнимая сына.
Но Эдвард не узнал Калила, являвшего собой внушающую страх фигуру в черном платке, обернутом вокруг головы и скрывавшем все его лицо, кроме глаз.
– Мама-а-а! – закричал малыш, потянувшись к Люси.
Калил посмотрел на нее твердым и жестким взглядом.
– Крепче держи своего сына, – холодно сказал он, – и следуй за мной.
Люди Калила безо всякого приказа расступились, давая им возможность пройти через их ряды. Калил открыл дверцу машины и помог ей войти внутрь. Люси ощутила некоторое подобие покоя, почувствовав малыша снова у своего сердца.
Она сидела, держа Эдварда и ожидая Калила, который отдавал распоряжения своим людям. Одна за другой машины поворачивали, направляясь к серебристому свету, пронизывающему горизонт.
Калил сел за руль и захлопнул дверцу.
– Здесь нет сиденья для ребенка, – предупредил он, не глядя на Люси. – В этом раньше не было надобности. Я надеюсь, что ты сможешь обеспечить моему сыну безопасность, держа его на коленях, пока мы едем?
– Конечно, смогу, – спокойно ответила Люси. – До сих пор я одна обеспечивала ему безопасность без твоей или еще чьей-либо помощи.
Они долго ехали в тишине.
– Ты хоть понимаешь, что натворила? – наконец прорычал Калил. – Ты же могла погибнуть сама и погубить Эдварда! О чем ты только думала?
– О том, чтобы уехать. Мы с сыном не могли больше находиться запертыми в твоем Золотом дворце, который больше напоминает золотую клетку;
– Но Эдвард и мой сын тоже.
Сорвав головной платок, скрывавший его лицо, он, все еще сердясь, бросил его позади себя.
Эдвард узнал отца и с радостным криком потянулся к нему.
Лицо Калила немедленно смягчилось, он взял ручку малыша и нежно поднес ее к своим губам.
– Ты пережил настоящее приключение, мой маленький мужчина, – пробормотал Калил. – Куда ты ехала? – спросил он, стрельнув взглядом в Люси. – О чем ты думала, отправляясь в пустыню в середине ночи?
– Когда мы выехали, было еще рано. Да и вообще у меня не было намерения ехать в пустыню.
Дорога была перекрыта, и я потеряла ориентацию. – Люси замолчала, внезапно почувствовав сильную усталость.
– Вас могли бы и не найти. – Голос Калила вновь привлек ее к разговору. – Я должен был понять, что тебе нельзя доверять.
– Можешь пугать меня и дальше, но вспомни, что это была твоя идея сделать из нас заключенных…
Люси посмотрела на Калила и поняла, что все ее слова не имеют для него никакого смысла.
– Если бы это зависело от тебя, то я никогда и не узнал бы, что существует Эдвард, – холодно проговорил он.
– Как ты смеешь осуждать меня! – воскликнула Люси. – Ты провел со мной ночь, после которой сбежал, как вор. Тебе не хватило храбрости назвать свое настоящее имя, не говоря уже о том, чтобы оставить номер телефона.
Калил прекрасно понимал, что все это было правдой. И он также не мог не понимать, каково ей было оказаться в пустыне во время бури одной с маленьким ребенком. Да, ее поступок был опрометчивым, но ему, Калилу, не доставляло никакого удовольствия запугивать Люси еще больше, когда она и так еще не совсем пришла в себя после пережитого.
Калил никак не мог собраться с мыслями. Он должен сделать ей выговор за то, что она так бездумно поступила, подвергнув себя и ребенка смертельной опасности. Она должна научиться уважать пустыню.
– Вода и еда лежат сзади.
– Спасибо, – пробормотала Люси.
Он заметил, что сначала она накормила и напоила Эдварда и только потом сама принялась за еду – Куда мы направляемся? – спросила Люси, утолив голод небольшим количеством фруктов и сыром.
– Мы едем в мой охотничий лагерь. Это ближе, чем дворец.
Люси стало немного легче оттого, что они снова разговаривали, но ей все еще было не по себе от его холодного тона.
– Это далеко? – спросила она.
– Теперь нет. Мы выехали из высушенного русла реки, называемого нами «вади», – пояснил он. – Весь сыпучий песок собрался в вади и тем самым замедлил наше продвижение.
– Я поняла это.
– Сейчас нам лучше помолчать. Мой сын должен поспать.
Его сын! Калил опять заставил ее почувствовать себя посторонней в жизни Эдварда. Но ей некого винить, кроме себя. Она не смогла достойно покинуть Абадан и увезти отсюда Эдварда. В Абадане слово Калила – закон. Как и слово его отца.
Теперь шансы исчезнуть с сыном из страны были почти нулевыми.
Люси задремала и очнулась только тогда, когда машина замедлила ход. Она осмотрелась вокруг.
И не поверила своим глазам. Но вдруг ее осенило:
Золотой дворец был показухой, а то, что она увидела сейчас, отразило другую, возможно, истинную сторону семейства Калила.
