Но армия хороша лишь тогда, когда соблюдает дисциплину, а французские рыцари, видимо, приняв отсутствие сопротивления за капитуляцию, решили поразвлечься грабежом. Они рассеялись по улицам города, выискивая добычу. Тогда арабы, которые и не думали сдаваться, а выжидали, рассредоточившись по балконам и крышам, принялись забрасывать врагов всем, что попадалось под руку.
И тогда в дело вступили наемники.
Это были мамлюки, тюрки-всадники, прибывшие с севера. Их отряды формировались из бывших рабов, которых обучили военному делу; сделавшись солдатами, они обрели и свободу, и богатство. Потому они сражались со свирепостью, ни с чем не сравнимой даже в Средние века: именно мамлюки впоследствии отбросили монголов и спасли Египет от внуков Чингисхана.
[86]Видя, что противник изолирован и загнан в ловушки, они атаковали:
Тем временем Людовик привел свою часть войска к Джадиле, где и обнаружил, что брат, нарушив приказ, ушел дальше, в Мансуру, оставив без прикрытия солдат, переправляющихся через Нил. Более того, мусульмане, зная теперь, где переправляются французы, прислали в Джадилу дополнительный отряд, который и атаковал Людовика, как только они оказались на этом берегу. Жуанвиль находился рядом с королем:
«Пока мы пробирались вниз по берегу, между небольшим ручьем и основным течением, мы увидели, что король находится возле самой реки. Турки теснили другие отряды, нанося им удары мечами и булавами, и постепенно оттесняя их, вместе с дружиной самого короля, к берегу реки. Там царила такая неразбериха, что многие из наших воинов отваживались броситься вплавь, чтобы присоединиться к герцогу Бургундскому; но им это не удавалось, ибо кони их устали, и стояла сильная жара. Итак, пока мы шли навстречу им вниз по течению, мы видели реку, усеянную копьями и щитами, полную людей и лошадей, тонущих в воде».
Людовик сумел удержать позицию на берегу, но не смог двинуться дальше, к Мансуре. Робер д’Артуа и все его люди, примерно треть французских сил, погибли на улицах города от рук мамлюков. Людовик потерял еще несколько сотен солдат при переправе, и хотя лагерь в Джадиле он занял, но оказался под непрестанным натиском мусульманских сил, которыми теперь руководил предводитель мамлюков.
Только теперь французам стало наконец ясно, какую огромную глупость они совершили, не оставив за собою Александрию, прежде чем идти на Каир. Мусульмане, пользуясь этим вторым портом, отправили вверх по Нилу барки, набитые солдатами, и те расположились между Людовиком и Дамьеттой, отрезав крестоносцев от путей подвоза продовольствия и возможного отступления. Король Франции попал в западню.