Какое наслаждение лежать на теплой сухой земле, сытому и здоровому, закинув руки за голову, и глядеть в бездонное степное небо после удачной рыбалки. И мечтать, что жизнь хороша и жить хорошо, как когда-то горланил Маяковский, правда по другому поводу. Конечно, для полного счастья еще бы холодного пива да горячую, гибкую бабу. Но это уже наверное перебор. Это находится в других местах, в душном суетливом городе.
Проснулся после четырех дня, не спеша перекусил чайком и хлебом, собрал свои нехитрые пожитки и перенес их в лодку - ночевать-то придется в воде. Пару часов побродил по берегу, ловя голавликов и блесня щук. Но голавль шел мелкий, а щуки от жары видно попрятались в тростники или легли на дно. Хватанула одна небольшая, да и та сошла у берега, уткнувшись в траву. Начинало вечереть. Ветерок стал напористей, верхушки тростника весело игрались, шелестя под его упругими порывами. Надо было плыть и искать укромное местечко для вечерней ловли и ночлега.
Пересадил еще живую щуку в садок и поплыл к тихой заводе. Укромное место с трех сторон обступал высокий склоненный тростник, но и глубина здесь была не более полутора метров. Поймал с десяток подлещиков и плотвичек, но нормальной рыбы не было, клев вялый, видно к непогоде, а может щука из садка распугивала рыбу. Перед сумерками еще немного перекусил, забросил пару закидушек на живца, а на поплавочную насадил большого червяка. Вдруг соменок или окунь схватит.
Наступила черная ночь. Растянувшись поудобней в лодке и укрывшись от комарья всем, чем можно, лишь оставив щель для глаз, приготовился коротать долгую одинокую ночь, глядя в темнеющее небо и проплывающие облака. В такие минуты начинаешь задумываться о житье-бытье, невольно начинают посещать разные философские мысли.
Десятки тысячелетий наши далекие предки были прежде всего кочевыми охотниками и лишь потом появилось скотоводство, что скрасило их суровый быт и добавило свободного времени. А уж земледелие, что привязало, род и племя к территории, к земле, появилось не более двух тысяч лет назад. Т.е. его вклад в нашу генетическую память минимален, хотя и более ярко выражен, т.к. находится в наиболее доступных и эффективно работающих структурах. Да и глубинная память предков, плотно прикрыта сегодняшним опытом жизни. Наверное для кочевых охотников самыми привольными местами была изобильная лесостепь, с многочисленными реками и озерами, где всегда было много живности и можно было легче прокормиться. Северные леса были болотисты и непроходимы, тем более, что ледник лишь недавно сошел с тех мест и его холодное дыхание ощущалось достаточно сильно. Горные местности, способствовали скрытности от кровожадных соседей, но туда теснились самые слабые, т.к. охота в этих краях требовала больших усилий. Но столетия тяжелой жизни выковали из горцев более стойкий народ, чем из расслабившихся в относительном комфорте жителей равнин. Вот Кавказ и начинает теснить когда-то более могучих русских.
А тогда больше всего подходила для жизни нашим предкам открытая, без больших перепадов высот лесостепь, где можно охотиться ночью, прекрасно ориентируясь по огромному шатру из звезд, особенно в яркие лунные ночи.
Не зря же в такие дни давление крови и жизненный тонус повышается, это отголосок той, многовековой жизни охотничьей жизни наших предков. Как и для большинства хищников, коими мы и являемся, согласно зубам, наиболее продуктивным временем охоты, был вечер и ранняя ночь. Да и широкие красивые глаза говорят, что ночами древние люди не всегда дремали. В темноте легче незаметно подобраться к добыче, напугать ее огнем и гнать в нужном направлении, допустим к обрыву. Возвращение с добычей к стоянке, исполнение ритуальных танцев и песен, пока готовиться еда, коллективное принятие вкусной, питательной жареной пищи, отдых и секс и сформировали за десятки тысячелетий центры удовольствий в подсознании и соответствующие шаблоны (паттерны) поведения. Поэтому мы до сих пор с радостью глядим на пламя костра, а яркий свет лампочки нас раздражает, романтически наслаждаемся звездным небом и занимаемся любовью по вечерам на сытый желудок.
Та книга многое открыла,
Что в городах скрыто от нас,
Что нашим предкам говорила
Твердь неземная - звездный класс.
Класс оказался очень шумным,
Как муравейник пред дождем,
Как океан, что с видом умным,
Из "Боинга" ты смотришь днем.
Мы эти звуки слышим глазом -
Такая мощь заключена,
Звезды кричат, вопят все разом -
Как будто за тебя война!
Но постепенно понимаешь,
Что звуки звезд - они в тебе,
За миллионы лет скопляясь,
Дали бетховиных Земле!
И понял я, что наши Души,
Больше создания ночи,
Открытьев яблоки и груши
Имеют черные ключи!
Что лишь во сне далекий пращур
Нам что-то может сообщить -
Какой летал по небу ящер
И как болезнь излечить.
И коль мы что-то создаем,
То вся программа, что как делать,
Лежит в сознании твоем
И ждет, когда мы к ней придем!
