Затягивались понемногу глубокие раны Ладоги, собирались из бегов посадские людишки к своим разоренным жилищам и строчили слезные челобитные на стрельцов и пушкарей, которые отнимали у них последнюю возможность справиться торговлей и местными промыслами. Такими же челобитными вымаливали старцы и старицы пособия на восстановление разграбленных и опустевших монастырей. Исконный враг ушел, удовлетворившись полученными городами, и перестал тревожить опустошенную Ладогу. Жизнь в городке кое-как налаживалась и входила в колею, разваливались только не поддерживаемые за ненадобностью, когда-то грозные твердыни на берегу Волхова.
В 1699 году молодой московский царь Петр Алексеевич затребовал указом выписку из описных книг Новгородской области и ее пригородов и о состоянии их казенных зданий и имуществ. В выписке, касающейся Ладоги, перечислены все ее жители, по сословиям, в количестве 446 человек, и затем дальше, между прочим, значится: «Соборная церковь священномученика Климента, Егорьевская церковь, Успенский девичий монастырь, Васильевский монастырь. Город Каменный, а в нем: Башня Климентовская круглая, высоты 7 сажен 2 аршина. Та башня от мокроты с верху до подошвы вся сыплется; кровли нет, и мосты все сгнили и обвалились. В той башне был проходной тайник в Земляной город, и тот тайник и нижний бой засыпался и проходу в тайник нет». Затем идет подробное описание остальных башен города, которые почти все «сгнили, стоят без кровли и от мокроты сыплятся и валятся врознь». Местами обвалившиеся каменные стены заменены деревянными рублеными. Мосты также все сгнили и провалились. В Проезжей башне помещалась в то время зелейная и свинцовая казна. «А тот Каменный город, башни и прясла стоят без кровли и без починки многие годы; и на башнях кровлей и в башнях мостов нет; от дождя и снега все сгнило без остатку и провалилось; и наряд пушки стоят в башенных окнах с великою нуждою. В том же городе Приказная изба. И всего того города Каменного стены и с башнями по мере 168 сажен с четвертью». Город Деревянный. Все башни, мосты и ворота этого города также сгнили и «валились врознь». Внутри города был пруд, «и с того пруда преж сего пропущена была вода за город, в ров трубами; и те трубы огнили и заросли, и вода стоит в городе; а пруд травою зарос и засорился». «В Деревянном же городе тайник к реке Волхову, а в том тайнике колодязь; вода была проведена из реки Волхова трубою; и та труба и в колодязь обруб и мост над колодезем все огнило без остатку; и в нужное время в городе водою будет скудно. И всего в Деревянном городе деревянных круглых и глухих 2 башни, а третья проезжая, да Деревянного города башен и городовые стены и с быками 231 саж.».
Столбовский договор снова отодвинул Русское государство от Балтийского моря. Все города на берегах Финского залива, Ладожского озера и Невы опять принадлежали шведам и были надежно укреплены ими. Далек и сложен был тогда путь из России к этому морю, а следовательно, и к просвещенным государствам того времени. Преосвященный архиепископ холмогорский Афанасий, сопровождавший Петра Великого в плаванье на яхте в Соловецкий монастырь, составил описание трех путей «из державы Царского Величества, из Поморских стран в Шведскую землю и до столицы их».
«Первый путь из Сумского городка на Повенетский посад, и чрез Онег езеро, и Ладожским езером, мимо Государский град Ладогу, на Орешек, до шведского града Нарвы или Ругодева, и до града Ревель, рекше Колывань и чрез море Варяжское до королевской столицы Стеколны (Стокгольм). Второй путь из тогож Сумского городка, по Заонежью, чрез волости Государские и многие деревни, и чрез границу Шведскими деревнями до древнего Государского города Корельска и до городов Выборга и Або. Третий путь из Кемского городка, чрез Государские волости и многие деревни, и за границу до Шведского града Кариберя и до града Онульского (Улеаборг) и до града Або, о левую сторону Ботинского рукава».
Затем архиепископ подробно описывает каждый путь от Белого моря до Стокгольма. Ехать приходилось частью сухим путем — на лошадях, частью по рекам и озерам и, наконец, морем, и почти все по чужим местам. Для нас интересны здесь его описания некоторых попутных мест и городов, с которыми мы встречаемся в истории Ладоги и шведской войны.
