Им я хочу посвятить главу в своей книге. Друзья неотделимы от моей жизни. Они моя совесть, судьи, помощники. Новые программы я сперва показываю им, и если они их одобряют, значит, можно «открыть занавес» и перед зрителем.
У меня много друзей. Наверное, как и у всякого человека, который на виду. Но больше всего в кругу артистов, музыкантов, режиссеров, журналистов. Конечно, это легко объяснить работой, которой я занимаюсь, и работой моего мужа.
Какой бы я ни была усталой, стараюсь не пропустить у друзей премьеру, чаще общаться с ними и слушать их. Я благодарна судьбе, которая свела меня с такими людьми, благодарна своей профессии, поскольку повышенный интерес к фигурному катанию помог мне познакомиться со многими из тех, кого обычно знают по экрану или из газет, а не беседуют о всякой всячине, сидя на кухне за столом, за тем же столом, где пишутся сейчас эти строки. Это Алла Пугачева и Вахтанг Кикабидзе, артист Николай Караченцов, кинорежиссер Александр Митта, Лиля Майорова, жена Саши, книжный график, и их сын Женечка, обещающий вырасти в большого художника, дирижер Дмитрий Китаенко, пианист Владимир Виардо, главный режиссер театра «Современник» Галина Волчек. У нас много друзей и среди людей не столь известных, но близких и дорогих для нас с мужем. Кто-то приходит чаще, кто-то реже, как правило, все наши друзья очень занятые люди, да и у нас с мужем редко бывает свободный вечер. Хочется всех видеть не так редко, как приходится, но, увы, это не удается. Только раз в году, в день моего рождения, собираем мы у себя дома наибольшее число своих друзей. Меньше пятидесяти человек последние годы не принимаем. Но это именно те люди, которые составляют часть моей жизни, которые в той или иной степени влияют на мою тренерскую деятельность.
В водовороте все возрастающих знакомств и в увеличении круга друзей особенно близкими и дорогими для меня остаются Ирина Люлякова и Ирина Возианова (Данилова), Марина Неёлова, Александр Веденин и Михаил Жванецкий. Двух Ир и Сашу я знаю с детства, со стадиона Юных пионеров, выросла с ними, Маша и Миша вошли в мою жизнь позже, но в разлуке я скучаю по этой пятерке, как по собственным детям.
Ира Люлякова. Ира старше меня на два года. Она давно уже больше чем подруга — она мне как родственница. Старшая сестра. Прекрасная в прошлом спортсменка, чемпионка Советского Союза в одиночном катании, она сейчас замечательный детский тренер, директор школы юных фигуристов Дворца спорта автозавода имени Ленинского комсомола. Ира всегда рядом со мной, в самых трудных и самых радостных ситуациях. Влияние Люляковой как старшей подруги на меня всегда было огромным. Именно она сказала мне, когда я училась в восьмом классе: «Ты хочешь два раза в день тренироваться, давай я переведу тебя в сменную школу рабочей молодежи, я там давно уже занимаюсь». Естественно, я послушала умную Иру, которая всегда училась на пятерки, она ведь даже эту сменную школу закончила с золотой медалью, а институт с красным дипломом.
В эту школу рабочей молодежи номер восемнадцать Ира перевела и Сашу Веденина, и Сережу Четверухина, а потом я привела по накатанному пути уже «своих» Татьяну Войтюк, Ирину Моисееву. Нас, фигуристов, в 18-й школе любили, учиться было легко. Ира Люлякова внимательно проверяла все мои уроки. В числе первых она ушла из спорта в цирк на льду, но прокаталась там недолго и вернулась снова на СЮП — теперь уже старшим тренером «Труда». И работу мне подыскала Ирина. Она буквально притащила меня за руку к Вячеславу Васильевичу Хатунцеву, который двадцать лет возглавлял спортивное общество «Труд». Проведя войну в партизанах, суровый, даже жестокий на вид, Хатунцев был замечательным человеком, необыкновенной доброты. Он посмотрел внимательно на меня, потом на Иру, которая с убежденностью отличницы твердила: «Она будет хорошо работать», и велел написать мне заявление с просьбой принять на работу.
Мне шел девятнадцатый год, а Ире — двадцать первый. Мы совершенно не расставались. Я, длинная и худая, ходила на высоченных каблуках, а Ира обычно шла впереди, полненькая и маленькая. У нас даже имел; ся такой «показательный номер»: я раскидываю руки, а Ира под ними проходит.
Мы были счастливы. Отныне мы могли вместе ездить на сборы и соревнования. Захлебывались от восторга, когда проводились командные турниры, и наши дети обыгрывали учеников опытного Виктора Кудрявцева. Готовили спортсменов, настраивали их, выводили их, считали очки. О, какое наступило золотое время, даже во сне о таком счастье не мечталось!
У Иры мужской склад ума, мужской характер, и это очень ценит мой отец. Когда он видит Иру, всегда встает на одно колено и целует ей руку. Становясь перед Люляковой на колено, отец делается с ней одного роста — сцена насколько комичная, настолько и трогательная.
