Мы снова вместе, снова четверо, снова расследуем преступления – Джокер, Поэт, Девушка… и тот, кого совсем недавно мы считали нашим главным врагом, Черным Колдуном, – Клим. Воина больше нет с нами, его смерть я не могу ни забыть, ни простить, но с его утратой связано еще больше тайн и вопросов. А теперь судьба подкинула нам новое детективное расследование. Пропала Нелли, жена преуспевающего бизнесмена Зорина, она исчезла при невыясненных обстоятельствах, но это не самое главное. Оказывается, более десяти лет назад Зорин уже потерял первую супругу Аделаиду. Она увлекалась черной магией и эзотерикой и сама могла сбежать от опостылевшего супруга. Но слава героя сказки о Синей Бороде преследует Зорина, тем более что в его и без того странном доме теперь творятся сверхъестественные дела – прислуга слышит стоны и вой в пустых комнатах, портрет бывшей хозяйки падает со стены, на ковре появляются кровавые пятна, а иногда по коридору гуляет призрак сгинувшей Аделаиды. Это дело явно по нашей части…
© Полякова Т.В., 2020
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020
За сплошной пеленой дождя море впереди едва угадывалось. Набережная была пуста, да и кому придет охота прогуливаться в такую погоду. Порыв ветра рвал зонт из моих рук.
Я подошла к парапету. Волны набрасывались на камни где-то внизу, я слышала шум, а перед глазами непроницаемая тьма. Черная дыра, где исчезает все: свет, звук, сама жизнь…
Ветер продувал насквозь, но уходить не хотелось. Странная блажь. Вымокнуть насквозь, подцепить простуду… Но при мысли оказаться в теплом уютном номере, выпить чаю, включить телевизор, чтобы слышать голоса – иллюзия присутствия людей рядом… так вот, при этой мысли все во мне возмущалось. Я словно спорила сама с собой: одна половина моего Я вполне здравомыслящая, а вторая… Второй половине хотелось сделать еще шаг и оказаться в темном ничто.
– Идиотка, – пробормотала я, злясь на себя, и поспешно отошла в сторону.
Здесь набережная заканчивалась, стоило внять здравому смыслу и повернуть назад, но море точно притягивало.
По лестнице я спустилась на пляж, думая при этом: какого черта я делаю? В самом деле решила утопиться? Глупость… глупость все, чем я занята в последнее время. Одно то, что я приехала сюда, когда курортный сезон далеко позади…
Однако мне здесь нравилось: закрытые ресторанчики и магазины, которые вместо неоновых огней взирали на море глухими ставнями, как нельзя лучше соответствовали моему настроению. Мир вокруг словно впадал в спячку до самой весны, и мне хотелось того же: уснуть, не видеть, не слышать, чтобы с первым весенним теплом пробудиться полной сил…
Еще одна глупость. Положим, солнце будет светить, но что изменится?
Я прошла к навесу, где летом хранят шезлонги, сложила зонт, который все норовил вырваться из рук, и теперь смотрела прямо перед собой. Соленые брызги и сюда долетали, я зябко ежилась, но вдруг успокоилась, точно некий всезнайка шепнул: на самом деле ты все делаешь правильно.
Я криво усмехнулась, подставила лицо ветру и закрыла глаза. А когда открыла их, в нескольких метрах от себя обнаружила мужчину. Темнота обволакивала его, точно коконом, он, как и я, смотрел вперед, как будто меня не было рядом. Сгусток тени на фоне черного неба, а я в который раз отметила, уже не удивляясь, что не почувствовала его присутствия. Он из тех, кто появляется из темноты и в ней исчезает, бесшумно, невидимо… Сердце сжалось от боли, захотелось бежать отсюда со всех ног, но я упрямо стояла, глядя перед собой.
Поединок молчанием. Кто не выдержит первым? Ветер продувал насквозь, почему бы действительно просто не уйти?
Я сделала шаг, и тогда он сказал, не глядя на меня:
– Джокер хочет, чтобы ты вернулась.
– Я не вернусь.
Голос мой развеял ветер, я не была уверена, что он услышит. Но он услышал, шагнул ко мне и почти прокричал:
– Глупое упрямство.
– Конечно, что ж еще? – усмехнулась я. «Все, что я делаю, одна большая глупость», – мысленно повторила я едва ли не с удовлетворением. – Странно, что он выбрал тебя, – сказала я.
– Согласен.
Клим шел мне навстречу, тьма отступила, и теперь я видела его лицо. Красивое, отрешенное. Теперь тьма таилась в глубине его глаз. Он мог ухмыляться (улыбки я никогда на его лице не видела), но взгляд оставался таким, как сейчас: суровым, обвиняющим, непреклонным. Капли воды стекали с его волос, руки в карманах куртки.
– Ты зря потратил время, – сказала я.
Мучительно хотелось прижаться к нему, а еще плакать. Очередная глупость.
– Разве? – без усмешки спросил он. – Ты должна вернуться, так считает Джокер.
– Не понимаю, при чем здесь ты, – резко ответила я.
А он засмеялся, коротко и зло.
– Ты его ждала?
– Нет.
Сколько правды в этом ответе? И кому нужна эта самая правда?
– Не можешь ему простить, что он использовал тебя?
– Мы все кого-то используем.
– Мудрое замечание, – кивнул он.
Теперь Клим стоял совсем рядом, и взгляд мой заметался. Смотреть куда угодно, лишь бы не видеть его лица, его глаз.
– Думаю, он чувствует себя виноватым, – продолжил Клим, в голосе насмешка. Он ни секунды не верит в то, о чем говорит, и предлагает поверить мне. – А еще решил, что я могу повлиять на тебя. Из-за нашей недолгой любви, надо полагать.
Последние слова прозвучали откровенно издевательски. Вот я и не удержалась:
– Я спала не только с тобой, но и с Поэтом. Почему бы не отправить его?
– А с Бергманом – нет? Признаться, ты меня удивила. Я думал, ты спишь со всеми в вашей команде.
– Я неразборчива, – кивнула я. – И почему в «вашей» команде? Разве ты не занял место Воина?
– Так вот что тебя задело? – вновь усмехнулся он. – На всякий случай: я не занял его место, у меня есть свое.
– Отлично. Всем привет.
Я направилась к лестнице, воюя с зонтом. Дождь понемногу затихал, я шла по мокрым плитам, торопясь оказаться подальше от этого места, прислушиваясь, в надежде уловить его шаги за спиной. Не может он ходить бесшумно. Или может?
