Четырехкрылые корсары полностью

Каждому со школьных лет известна пушкинская поэма, воспроизведенная в опере М. И. Глинки, а позже и на киноэкране… Руслан, отправившись ни поиски Людмилы, похищенной Черномором, едет через степь и «чудо видит пред собою. Найду ли краски и слова? Пред ним живая голова…». То поэтическая фантазия. А вот и научная быль: схема опыта, в котором Монтанье сумел отделенную от тела голову осы (ее усики-антенны заменены тонкими стальными нитями) вступать в беззвучные, но содержащие сигнальное значение контакты с живой осой. Генератор низких частот связан с электромагнитом, провода от него подведены к голове. Управляя работой генератора. Монтанье заставляет «электрифицированные» усики-антенны двигаться и вызывает ответные реакции осы. Репертуар их небогат, но осе же, если осмелиться перефразировать Пушкина применительно к опыту Монтанье, можно сказать: «И электрическая сила здесь жизни дух восстановила».

О невидимой пирамиде отношений между осами в семье и о грамматике их антенно-щупикового словаря

На предыдущих страницах не раз упоминалась некая пирамида отношений, которая сплачивает членов осиной семьи в живую целостность.

Мы уже видели, как молодая оса выбирается из ячеи сота, на котором нет ни одной взрослой сестры. Выход на свет дается здесь осе непросто, требует времени и сил.

Иначе развертывается это событие на соте, покрытом (снизу) снующими (вверх ногами) рабочими.

Закончившая развитие оса, прорезав изнутри ячею и отжав головой армированный шелком бумажный лепесток крышки кокона, сразу получает помощь: старшие сестры пробуют кормить новенькую, вводя жвалы между ее жвал и передавая на язычок каплю подкрепляющей отрыжки.

Кормление выходящих из ячеи ос прослежено на сотнях кинокадров. Старшая побуждает молодую принять корм, для чего возлагает на нее ножки, отводя уже выпростанные из ячеи усики и ножки.

Если старшая была предварительно покормлена позолоченным медом, молодая выходит из ячеи с зарядом изотопа.

В роли О выступают чаще всего фуражиры, принесшие новое продовольствие и отдающее его любой осе, лишь бы та не отказалась принять подкормку. Эти фуражиры и составляют основание пирамиды, о которой шла речь. Но выходящих из ячеи новеньких подкармливает любая достаточно сытая оса. Похоже, к самым молодым, покидающим ячею осам сестры относятся еще как к растущим личинкам. Но едва новенькая вышла на нижнюю поверхность сота и попала в гущу гнездовой толчеи, к ней немедля приближается одна из старших и начинает облизывать и очесывать хитин. «Обряд» не лишен физиологического содержания: старшая сестра облачает молоденькую к душистое платье, присущее осам данной семьи, разное в разных семьях.

Теперь, окутанная фамильным ароматическим одеянием, молодая оса становится полноправным членом семьи: ее никто не примет за случайно залетевшую. Но та же старшая покусывает антенны и щупики молодой, раскрывает ей жвалы, определяя этим сестру на нижнюю ступень пирамиды.

Молодая еще не умеет пользоваться своими антеннами, а при встрече со старшими — эти занимают здесь более высокое положение — покорно склоняет голову набок.

…Конечно, пока известны еще не все обстоятельства, какие делают одну осу О, другую — П, очевидно лишь, что все начинают с низшей ступени и в силу разных обстоятельств одни медленнее, другие быстрое продвигаются вверх, впрочем, только до известных пределов.

Вершину пирамиды представляет одна основательница гнезда — оса-матка, другие стоят ниже. Осы, находящиеся на разных ступенях, более или менее привержены к выполнению разных обязанностей. Выйдя из ячеи и очистив себя от приставших кое-где к телу остатков кокона, новая оса вползает в одну, в другую, третью пустую ячею и, если температура в гнезде не ниже 25°, может провести так почти сутки.

Во время этих перемещений оса, встретив какую-нибудь О, успевает получить корм. Теперь, посещая ячеи с расплодом и добиваясь от личинок капли, она, если достаточно сыта, и сама может поделиться с ними полученным кормом.