Мэри оставила детей и вернулась успокаивать мисс Ардман. Казалось, прошла вечность, прежде чем рыдания стихли.
И вот наконец дверь в комнату Амелии распахнулась, и туда вошли трое суровых и крайне разочарованных взрослых.
– Амелия, – начал отец, – мы с мамой потрясены. О чём ты только думала?
Девочка лишь покачала головой. Те аргументы, которые они придумали с Чарли, сейчас казались чепухой.
– Я надеюсь, ты понимаешь, как плохо вы поступили, проникнув в комнату нашей гостьи. Нашей первой гостьи! Надеюсь, вы понимаете, почему это плохо, – укоряла её мама.
– Понимаю, – сдавленно прошептала Амелия.
– А я нет, – заявил Чарли.
Девочка уставилась на друга.
– Нет, не понимаю, – повторил он. – То есть… это не то чтобы очень правильно, но разве стоит так уж переживать?
Мэри недоумённо посмотрела на сына:
– Вы украли ключ на стойке регистрации, вломились в номер постоялицы и копались в её вещах. Тут очень даже есть о чём переживать!
– Мы одолжили ключ и собирались только посмотреть, – поправил маму Чарли.
– На что? – спросила Мэри. – И с чего ты решил, что у вас есть право смотреть на что-то в чужом номере, Чарли? Это преступление!
Глаза Чарли округлились от удивления. Он и не думал об этом. Осознание того, что они совершили преступление, накрыло Амелию новой волной стыда. Даже Джеймс до такого не додумывался.
– Ну, не думаю, что нам стоит привлекать полицию, – произнёс папа Амелии немного нервно, – пока не стоит. Ты ведь осознаёшь свой проступок, а, Чарли? – Он присел перед ним на корточки и сказал: – Мы должны держаться вместе, как команда, тогда и в гостинице всё будет хорошо.
Под строгим взглядом отца Амелии Чарли замешкался.
– Чарли? – вставила Мэри, когда ответа не последовало. – Ты осознаёшь, что поступил неправильно? Ты понимаешь, о чём только что сказал мистер Уокер?
Мальчик посмотрел на папу Амелии:
– Наверное, да.
– Лучше бы ты сказал только «да», – укорила сына Мэри. – Он имеет в виду, что, если ты будешь плохо себя вести, мы не будем одной командой. Меня уволят, Чарли. Это ты понимаешь?
Мистер Уокер слегка опешил:
– Ну, эммм… не совсем… я ведь не грозил этим…
Мэри продолжала сверлить сына взглядом.
– Чарли, я не шучу, – сказала она тихо. – Мне нужна эта работа.
Чарли отчаянно кивнул, уронив голову на грудь.
Папа Амелии похлопал его по плечу и встал.
– Не переживай, Мэри. Я уверен, ребята всё осознали, и теперь мы будем жить дружно.
Амелия взглянула на сгорбленную фигурку друга и придержала злость. Не успела она осознать, что делает, девочка спросила:
– А что насчёт Тома?
– А что с ним? – вздохнула мама.
– Он тоже часть команды? Может, и ему надо вести себя хорошо? Потому что сейчас он точно делает что-то плохое!
Мама и папа растерянно переглянулись. Амелия могла поклясться, что вопрос дочери застал их врасплох.
– О чём ты говоришь? – спросила мама.
– Том что-то замышляет. Мы видели, как он тайком проник в номер мисс Ардман!
– И вы, конечно, осуждаете его поступок, – заметил папа. – Поэтому решили поступить так же.
Амелия залилась краской, но головы не опустила.
– Мы искали доказательства того, что Том вор! Мы хотели защитить репутацию гостиницы.
– Но нельзя бороться со злом, творя то же зло, – резко возразила мама. – Мне казалось, вы это уже чётко уяснили. Мы с папой доверяем Тому. Он тоже часть команды. Смотритель может вам не нравиться, это нормально. Скорее всего, вы ему тоже не очень-то нравитесь. Но мы должны работать сообща.
Она сделала глубокий вдох и продолжила:
– Отлично, теперь, я надеюсь, вам всё ясно. Когда мисс Ардман придёт в себя, я отведу вас к ней и вы извинитесь за свой поступок.
Мама Амелии вздохнула ещё раз и немного смягчилась:
– Если повезёт, нам удастся всё уладить.
Родители вышли, закрыв за собой дверь. Дети молча обменялись грустными взглядами.
Внезапно Чарли распрямился, словно пружина.
– Что? – удивилась Амелия.
– Тссс! Слушай, – зашипел он, вскочив с кровати.
На цыпочках он пересёк комнату и прислонился ухом к двери. Девочка последовала его примеру. В коридоре тихо разговаривали.
– Я предупреждала – не сработает, – раздался мамин голос.
– Сработает, – ответил ей папа. – Не надо паниковать.
Амелия сощурилась.
– Ребята пошалили, но в детских масштабах и по детским причинам, – продолжал он. – Ничего не изменилось.
– Это правда, – согласилась Мэри. – Их волнует Том – он наша единственная проблема. И ради них мы должны с ним разобраться.
Их голоса постепенно смолкли, шаги затихли на лестнице. Амелия изо всех сил напрягала слух, чтобы расслышать папины слова:
– Я с ним поговорю. Объясню, что надо быть осторожнее. Не хочу, чтобы дети выяснили что-то о…
Окончание фразы потонуло в тишине. По спине девочки пробежал холодок, она посмотрела на Чарли:
– Ты это слышал?
Друг молча кивнул, и Амелия почувствовала, как холод проник глубже. Пробрал до самых костей. Мама и папа знали, что со смотрителем что-то нечисто, и скрывали это.
Но что бы там ни происходило, взрослые были заодно.
