– Он всегда мог меня рассмешить, – тихо сказала я.
– Стихами? – с грустной улыбкой спросила бабушка.
– И не только! Он вообще очень много шутил и играл со мной, – поделилась я.
– Он был замечательный…
– Самый лучший…
– Все! Погрустили? Продолжаем работать. У нас еще елка почти пустая, – сказала бабушка и вытерла слезы.
Уже без разговоров мы продолжили украшать елку. И, не отвлекаясь, справились достаточно быстро.
– Красота! – сказала бабушка.
– Красота! – подтвердила я.
Мы отошли от елки, чтобы лучше ее разглядеть. Зажгли гирлянды и задернули шторы, чтобы понять, как елка будет выглядеть вечером. Желтый свет лампочек разлился по елке и комнате словно мед, создавая атмосферу уюта и тепла.
– Может, просто весь день просидим у елки? – предложила бабушка.
– О нет! Протестую! – я засмеялась. – Ты обещала мне поход в музей.
– Ну что же, обещания нарушать нельзя. – Бабушка взяла коробку с бабочками и потрясла ей. – Пойдем перекусим, и я покажу, что внутри.
Аромат мяты заполнил кухню. Бабушка разлила чай по чашкам, которые были украшены маленькими розовыми цветочками, и достала из духовки пирог со шпинатом.
– Для меня очень важно, чтобы не только еда была красивой, – начала бабушка, – но чтобы и подавали ее красиво. Достань, пожалуйста, вон те тарелки.
Я поставила нас стол две плоские тарелки из той же коллекции, что и чашки.
– Такой нежный сервиз… Я тоже люблю красивую посуду. Особенно кружки. Я даже не успела заметить, как в моей коллекции их оказалось уже больше двадцати, – похвасталась я.
– Значит, ты с легкостью справишься со званым ужином. Или с красивыми посиделками с друзьями, – похвалила меня бабушка.
– Пока я только помогала маме устраивать ужины с ее друзьями, – сказала я. – И мне очень нравится.
– У тебя еще все впереди. Кстати, ты не будешь против отметить Новый год тут? Придут мои друзья, которые были у Екатерины Романовны на Дне рождения. И Марк, думаю, будет тоже, – бабушка с любопытством и иронией посмотрела на меня. – Вот мы с тобой и устроим званый ужин.
– Конечно, не против! – я чуть не вскочила со стула.
– Тогда обсуди это с мамой. Я ей звонила… Мне показалось, она была не очень довольна, что ты останешься тут на праздник… – сказала бабушка, немного смущаясь.
– Мы с мамой обсуждали это перед моим отъездом. Она сказала, что если я не помешаю твоим планам, то могу остаться, – радостно выпалила я.
– Тогда все решено! Но ты все равно позвони и еще раз обсуди, – бабушка подмигнула мне и положила второй кусок пирога.
Когда мы закончили с обедом, я помыла посуду и бабушка наконец-то открыла коробку с бабочками. Сгорая от любопытства, я заглянула в нее. В ней лежали старые открытки, рисунки и письма.
– Еще немного погрустим? – спросила бабушка и улыбнулась. – Ты прости, просто сегодня на меня нахлынули воспоминания. Ты поймешь меня, когда станешь чуть старше.
– Тогда пусть это будет светлая грусть, – согласилась я.
Бабушка достала из коробки рисунок, на котором неровным детским почерком было написано: «С 8 МАТРА, МАМУЛЯЧКА!» – и нарисованы три цветка, отдаленно напоминающие тюльпаны.
– Это нарисовал твой папа, а смотри еще, – и бабушка достала другой рисунок. На нем уже аккуратным почерком, но все с теми же ошибками было написано: «С 8 МАТРА, БАБУЛЯЧКА!» Вот только цветы были уже больше похожи на тюльпаны.
– А это уже я? – мне стало смешно.
– Да! Вот рисуешь ты точно лучше папы. И еще один твой рисунок, – бабушка достала лист, на котором был изображен заяц в шапке Деда Мороза, который нес мешок с подарками. «С НОВЫМ ГОДАМ!» – гласила надпись вверху рисунка.
– Думаю, мне нужно добавить эти рисунки в портфолио для поступления! – засмеялась я, вспомнив, с каким удовольствием я их рисовала.
Когда мы перестали смеяться, бабушка показала письма, написанные друг другу ее родителями, еще несколько папиных рисунков и открытки, которые ей присылали друзья.
– Как здорово, что ты это все хранишь… – сказала я и обняла бабушку.
– Когда я стану совсем старенькой, буду пересматривать и вспоминать, – сказала бабушка и закрыла коробку. – Собираемся в музей?
На сборы мы потратили совсем немного времени. И в хорошем настроении вышли на морозную улицу.
– Жаль, что на этом маршруте не веселый кондуктор, – сказала бабушка, когда мы подошли к автобусной остановке. – Есть один мужчина-кондуктор, который читает короткие стишки.
– А я знаю, мне Марк показал, – ответила я и подумала, что могу расстроить бабушку тем, что она не успела мне показать кондуктора, который знаменит на весь город.
– Отлично! Согласись, очаровательный мужчина, – улыбнулась бабушка.
– Кондуктор? – спросила я в недоумении.
– А-ха-ха! Марк, конечно же, очаровательный, но – да, я имела в виду кондуктора.
– Очаровательный! – смеясь, согласилась я. – В Москве, кстати, нет кондукторов.
– Без них совсем не та атмосфера в транспорте, – хмыкнула бабушка.
Через несколько остановок мы вышли из автобуса.
– Давай прогуляемся немного. Очень люблю Невский проспект, – бабушка взяла меня под руку.
– Конечно, давай!
