– Я немного стесняюсь, – забубнил Марк. – Музею можно подарить игрушку, и она будет лежать в качестве экспоната…
– Ого, – я не понимала, что Марк этим хочет сказать.
– Я принес из дома елочную игрушку, – Марк достал из рюкзака бумажный сверток, в котором был стеклянный пингвин на санках.
– Какой красивый, – я аккуратно взяла игрушку в руки, чтобы получше рассмотреть.
– Так вот, – продолжил Марк, – давай вместе подарим этого пингвина музею? Чтобы он тут остался на память о… о нас…
– Давай, – мне захотелось заплакать от этого романтичного предложения.
Мы передали игрушку куратору музея, который пообещал, что скоро выложит ее на витрину. Ну что ж, это самый необычный способ увековечить свои отношения, которые закончатся сразу же после такого прекрасного праздника. Красивый финал сказки. У Золушки была хрустальная туфелька, у меня – стеклянная елочная игрушка. Вполне неплохо. И пусть это пингвин на санках. Но разве можно представить что-то более новогоднее?
Идти домой совсем не хотелось, но наш предпоследний день рано или поздно все равно должен закончиться. Мы вышли из музея, поглощенные своими мыслями. Я посмотрела на Марка. Такое загадочное выражение лица… Интересно, о чем он думает? Понимает, что затеял самое романтичное предновогоднее свидание? Оно такое питерское. Уверена, что ни один парень в другом городе не повел бы девушку смотреть памятник, которого не существует. Или в музей, где ноль современности и технологий. Но где есть праздник. Настоящий, традиционный и добрый.
Мы сели в автобус. К сожалению, без того милого кондуктора. Я положила голову Марку на плечо и стала смотреть в окно. Мимо нас проплывали дома, где так уютно горел свет в окнах. В некоторых из них можно было увидеть елки, которые светились, казалось, тысячью огоньков. На остановке с громкими поздравлениями в автобус ввалилась компания из пяти Дедов Морозов, которые начали дарить пассажирам мандарины. Не растерявшись, Марк быстро открыл рюкзак и достал шоколадку.
– И вас с Новым годом, – сказал Марк и протянул шоколадку Деду Морозу, давшему нам мандаринки. Молодой парень, скрывавшийся под бородой и париком, растерялся, подумал пару секунд и взял шоколадку.
– Еще никто не поздравлял Деда Мороза в ответ, – радостно сказал он. – Пусть у вас все получится.
И так же, с громкими поздравлениями, все пятеро выскочили на следующей остановке.
– Кажется, слишком много Дедов Морозов за один день, – засмеялся Марк.
– Лучше много, чем ничего, – хихикнула я и снова положила голову ему на плечо.
По автобусу расплылся запах мандаринов, в животе заурчало, и я тоже решила почистить свои. Быстро расправившись с кожурой, я разделила мандарин пополам и дала одну часть Марку. Так мы и ехали: тишина со вкусом мандарина. Жаль, что это не кольцевая линия метро, где можно кататься весь день. Выйдя на своей остановке, мы медленным шагом направились в сторону моего дома. Хотелось сказать спасибо погоде – мороз отступил, и прогулка выходила приятной.
– Это был классный день, – сказала я. – Спасибо!
– Тебе спасибо! – ответил Марк. – Я рад, что тебе понравилось.
– Конечно, понравилось! Я же выполнила все пункты своего плана. – Мне захотелось отшутиться.
– Значит, нужно придумать новый план на следующий год, – сказал Марк и осекся.
– Придумаю, – я попыталась сказать это максимально весело.
– Сонь, – Марк легонько пихнул меня. – А знаешь что?
– Что? – я пихнула его в ответ.
– Я люблю тебя, – крикнул Марк, схватил и закружил меня.
– Я тоже тебя люблю, – радостно прошептала я, когда он поставил меня на землю. Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза, а потом поцеловались. И снова земля ушла у меня из-под ног. В этот момент я обожала весь мир. В этот момент я ненавидела весь мир. Обрела и потеряла любовь. Вот такой ты безжалостный, Санкт-Петербург.
Бабушка встретила меня очень довольная – видимо, у нее день прошел не хуже моего. По квартире витали аппетитные ароматы, и я поняла, что была очень голодна. Быстро переодевшись в домашнее, зашла на кухню, где меня уже ждал накрытый стол.
– Завтра самый майонезный праздник, поэтому сегодня я решила приготовить что-нибудь легкое, – сказала бабушка и показала на тарелку, где лежали рыбный стейк и брокколи.
– Спасибо! – сказала я и набросилась на еду.
– Кажется, жених тебя не кормит, – засмеялась бабушка.
– Мы так увлеклись музеем, что забыли поесть, – захихикала я.
– Вот она – молодость, – хмыкнула бабушка, – я не могу позволить себе забыть об обеде, а то буду вялой и унылой.
– Это не молодость, это конкурсы от Снегурочки, – ответила я и рассказала бабушке, как прошел наш сегодняшний день с Марком.
После ужина мы вышли на балкон. Укутавшись в клетчатые пледы, с имбирным чаем в руках, мы сели на балконе, чтобы посмотреть, как в темнеющем небе появляются звезды. За окном потрескивал мороз, который днем набирался сил, позволив людям погулять. Дома было тепло и так уютно, что хотелось остановить время.
– Я хоть и взрослая, но в чудеса верю, – сказала бабушка.
– Хм. – Я сделала глоток чая. – Кажется, я тоже верю…
– Кажется? – удивилась бабушка.
