– Значит, можем переключиться на что-то спокойное, – неожиданно сказала Анна Николаевна.
Все посмотрели на нее с удивлением. «Спокойное» в Новый год? Хотелось петь и танцевать.
– Я принесла настольную игру, – ничуть не смутившись нашей реакцией, продолжила Анна Николаевна. – Вова, достань из моей сумки.
Владимир Петрович бросился к сумке жены и достал небольшую коробку.
– Это очень легкая игра на память, – начала рассказывать Анна Николаевна. – Нужно разложить карточки рубашками вверх, а потом открывать по две и запоминать. А если найдете две одинаковые, то забираете их себе. Все легко. Ой, если открыли непарные карты, то ходит следующий игрок.
Анна Николаевна обвела нас взглядом. И чтобы ее не расстраивать, мы дружно улыбнулись. Бабушка аккуратно подвинула тарелки, освобождая место для карточек. А Владимир Петрович помог жене их разложить. И случилось маленькое новогоднее чудо – то, что минуту назад казалось скучным, увлекло нас с такой скоростью, что все забыли про танцы. Из-за того, что нас было больше, чем предполагали правила, игра быстро заканчивалась, но мы снова раскладывали карточки и продолжали искать одинаковые изображения снеговиков, мандаринок, елок, подарков и игрушек. Смеясь и подсказывая друг другу, мы меняли правила игры, делились на команды, потом снова играли по одному. Нас захватил настоящий зимний азарт. Как обидно, когда вместо нужного изображения конфеты ты открываешь карточку с санками!
– Друзья, а не пора ли нам проводить старый год? – прервала Екатерина Романовна. Время за игрой пронеслось быстро. А на часах было уже почти одиннадцать.
– Это ты хорошо подметила, – согласилась бабушка.
– Ба, давай помогу все расставить, – Марк выхватил большую тарелку с салатом из рук бабушки. И все дружно накрыли на стол.
Оказывается, азарт вызывает аппетит. С большим удовольствием я отрезала себе кусок фруктового рулета, который приготовила Екатерина Романовна. Теперь я понимаю, почему Марк считает его любимым новогодним блюдом. Рулет таял во рту, и казалось, что я готова проглотить его полностью.
Минуты бежали с невероятной скоростью. До Нового года оставалось пятнадцать минут. Мое сердце застучало с невероятной скоростью. Я, как всегда, начинаю волноваться. Какое желание загадать? Исполнится ли оно?
Игорь Сергеевич принес шампанское из холодильника. Все подготовили бокалы и замерли в ожидании. Казалось, что весь город погрузился в тишину, ожидая волшебства.
Один… Два… Три… Ба-бах – открылось шаманское и бокалы наполнились пенным напитком. Четыре… Пять… Что мне загадать? Шесть… Я не знаю! Семь… Восемь… Марк взял меня за руку. Девять… Десять… Наш последний день. Одиннадцать… Хочу не переставать верить в чудо! Двенадцать…
– С Новым годом! – закричали мы все хором под громкие хлопки салюта, которые разносились с улицы.
Испугавшись оглушительных звуков, Снежинка запрыгнула на руки Екатерине Романовне, а Кефир прижался к ногам Марка. Всей дружной компанией мы выскочили на балкон, чтобы насладиться салютом. Яркие разноцветные вспышки переносили в детство, когда салют казался чем-то волшебным. Да и сейчас темное небо, которое окрашивалось яркими искрами, казалось не менее волшебным.
– А может быть, выйдем на улицу? – предложил Владимир Петрович. – Бесплатный салют лучше смотрится не через окно.
И под одобрительный смех мы все вышли в коридор.
– Знаете, мы лучше останемся с Кефиром и Снежинкой, – сказал Марк и легонько сжал мою руку.
– Да, – поддержала я его, не понимая, почему он так решил сделать. – А то им страшно.
– Вот и правильно, вы уже слишком взрослые для салюта, – улыбнулась бабушка и подтолкнула маму к выходу.
– Пойдем посмотрим салют? – Марк потянул меня на балкон. – Я соскучился.
– Я тоже… – тихо сказала я. Мы почти весь день вместе, но как будто не рядом.
– Мне хочется тебе кое-что сказать… – еле слышно произнес Марк.
– Что? – голос у меня дрогнул.
– Я поговорил с родителями… – сказал Марк и осекся.
– И? – я не понимала, к чему он ведет.
– Я никуда не переезжаю! – сказал Марк и широко улыбнулся.
Совершенно не понимая, что происходит, я сидела, не произнося ни слова.
– Почему ты молчишь? – спросил Марк и опустил глаза.
Мое сердце бешено заколотилось. ОН. ОСТАЕТСЯ. В САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ.
– Ты не шутишь? – спросила я.
– Нет, – Марк посмотрел на меня.
– Я не могу поверить! – радостно закричала я и не заметила, что по щекам у меня текли слезы. Слезы радости.
– Иди сюда, – сказал Марк и притянул меня к себе.
Ба-бах! – раздался новый залп салюта, и Марк поцеловал меня.
Ба-бах! – новый залп, а мы все целуемся.
Ба-бах! – еще один залп, Марк вытер слезы с моего лица.
– Я люблю тебя, – сказал он.
– А я люблю тебя, – ответила я. – Это лучший подарок на Новый год.
– Эй, – наигранно возмутился Марк. – Вообще-то подарок тебя ждет под елкой. Ты же останешься в Питере?
– Кажется, да… – ответила и улыбнулась. Я. ОСТАЮСЬ. В САНКТ-ПЕТЕРБУРГЕ.
