По жанру это скорее фэнтези-стим панк. Завязка стандартая. Героя перебрасывает в параллельный мир населенный эльфами, магами и прочими волшебными тварями. Но мир этот не настолько сказочный, в нем вполне неплохо развивается наука и техника. Да и с самим главным героем не все в порядке...
Отряд шел цепочкой по дну неглубокого оврага. Не ахти какое укрытие, но иного выбора не было. Появление на открытом месте привело бы к неминуемой гибели, а так у стрелков оставался хоть какой-то шанс добраться до цели живыми. Эндрю Стоунмен, возглавлявший отряд, время от времени осторожно выглядывал из-за кромки камней с целью убедиться в наличии или отсутствии противника в пределах видимости, а так же определить расстояние до опушки леса. Все было тихо, но Эндрю уже успел убедиться на личном опыте, что тишина не всегда означает отсутствие опасности. Уж от Одноглазого Бизона в ближайшее время точно можно ожидать кучу сюрпризов, по большей части неприятных.
После короткой передышки отряд двинулся дальше. Эндрю оглянулся, уже зная, что увидит: суровые лица, отмеченные печатью презрения к смерти. К этому времени в отряде остались одни ветераны, пережившие не одно сражение и понимающие, что бравада перед боем не лучший способ пережить его. Единственный, кто вызывал смущение у командира, это Толстяк Эд. Низенький и подслеповатый, он не переставал жаловаться вполголоса на многочисленные беды и несчастья, обрушившиеся на его голову. Казалось, его раздражало все: от палящего солнца в небесах до пыли, выбиваемой тяжелыми ботинками его товарищей из сухой земли. Командиру доставалось тоже. Эндрю сделал вид, что не услышал. Отчитать подчиненного он может и потом, в Форте,... если, конечно, останется жив.
Лес приближался, он манил к себе, обещая укрытие. Командир тяжело вздохнул: он хорошо знал иллюзорность этой защиты. Три раза они пытались найти лагерь Одноглазого и все три раза нарывались на засады. Эти краснокожие бестии изучили тут каждую тропинку, знали все укромные места и, естественно, не отказывали себе в удовольствии использовать это преимущество. Впрочем, на этот раз все может быть по-другому. Небольшой отряд, собранный на скорую руку из больных и раненых, должен был создавать видимость нападения с севера и отвлекать внимание краснокожих, в то время как все лучшие бойцы, оставшиеся в распоряжении Эндрю, тайно проберутся с юга и попытаются захватить лагерь. Если засады нет, значит, их задумка может осуществиться, а если есть.... Пожалуй, тогда им остается только умереть красиво. Убежать возможности не будет, а подмоги ждать не откуда. Бойцов в Форте больше не осталось, за исключением двух часовых.
Совсем скоро они должны были достигнуть леса. Его еще не было видно, но шелест листвы слышался отчетливо. "Еще пятьдесят шагов и все решится" - подумал Эндрю. Пятьдесят шагов, благодаря которым и должен разрешиться старый спор. Кто хитрее и умнее: он, молодой начальник гарнизона, или старый индейский вождь, доставивший немало беспокойства командирам, куда умнее и опытнее Эндрю.
С каждым шагом его беспокойство все сильнее передавалось отряду. Стали слышаться звуки взводимых курков и затворов. Наконец, все оружие было взято на изготовку. Тридцать два стрелка отчетливо понимали, что им предстоит. Против них почти сотня краснокожих, прошедших суровую школу войны, под руководством лучшего из наставников по эту сторону прерий. Эндрю кивнул Толстяку, шедшему за ним.
- Я выхожу. Следите за лесом.
Толстяк сглотнул от волнения, но, тем не менее, взял карабин и нацелил его в сторону ближайших кустов. Эндрю, держа кольты наготове, высунулся из оврага по пояс. Пока еще стояла тишина, никто не издавал боевых кличей, не пускал стрелы, да и, в конце концов, не стремился снять с него скальп.
И Эндрю решился. Медленно, перебежками, пригнувшись к низкорослой траве, он устремился к лесу. Следом, подражая командиру, двинулся Толстяк. Остальные выходили уже по двое, благо ширина тропинки, ведущей из оврага, это позволяла.
Следующая секунда показала, что, несмотря на всю хитрость и изворотливость бледнолицых, Одноглазый Бизон по-прежнему видит все их действия на пять шагов вперед. Вначале был град стрел. Град жгучих черных молний буквально смел тех стрелков, что выбрались из оврага, за исключением Эндрю и Толстяка, стоящего на краю тропы. Впрочем, Толстяк так и не успел сделать ни единого выстрела. Из кустов, одна за другой, вылетели три стрелы. Первая угодила незадачливому ворчуну в грудь, две другие, явно сбитые с курса ветками, тем не менее нашли свою цель и пробили ему бедро. Взвыв от боли, Эд потерял равновесие и скатился по тропинке вниз. Эндрю остался один, и, к сожалению, он знал почему.
Увидев толпу выбежавших из кустов краснокожих спустя мгновение, он понял, что не ошибся. Не обращая внимания на одинокого стрелка, примерно полсотни индейцев ринулись к краю оврага и стали пускать стрелы в уцелевших. О наличии в овраге живых и желающих бороться свидетельствовали редкие выстрелы, раздававшиеся оттуда в ответ. Но шансов у них не было: следующий залп индейцев наверняка добьет тех, кто уцелел и сам себя загнал в ловушку.
