Чингисхан полностью

Историю Чингисхана нельзя писать как историю Филиппа II Августа, его современника. В середине XII века, когда родился будущий завоеватель Азии, монголы не были ни подлинной нацией, ни царством, ни империей в том понимании этого термина, которое господствовало тогда на Западе. Они объединялись в племена во главе с ханом; с течением времени эти племена распадались и объединялись вновь. Как кочевники, они жили в пространстве, не имевшем исторических или географических границ, у них не было и постоянной столицы. Только в 1220 году, за несколько лет до смерти, Чингисхан обосновался в военном лагере Каракорум. В 1235 году Угедей, его преемник, создаст из этого становища «город» типа караван-сарая. Но нужно дождаться 1264 года, когда Хубилай-хан, внук завоевателя, сядет на трон в Пекине, ставшем Ханбалыком, городом хана, и отныне — местом постоянного пребывания ханского правительства.

Вплоть до середины XIII века монголы не знали письменности, что очень затрудняет всякую попытку изучить их историю. Первые тридцать лет великого хана, то есть половина его жизни, тонут во мраке, о них не сохранилось точных данных: сведения о нем редки и мало достоверны. Таким образом, историку приходится обращаться к иностранным источникам или монгольским хроникам, написанным уже после смерти завоевателя.

Жизнь Чингисхана послужила основой для двух монгольских хроник, из которых до нас дошли две редакции, видимо, составленных вскоре после смерти великого хана. Первая хроника, Altan Debter («Книга Золотой династии»), воспроизводит историю потомков Чингисхана. Оригинал потерян, но существует китайский список 1263 года, Chengwu xin zhenglu («Отчет о военных походах Святого Императора-воина»), и второй, персидский, 1303 года, Djami at-Tawarikh («Сборник летописей»), переписанный с подлинника Рашидаддином, который сам отметил, что оригинал фрагментарен.

Вторая хроника, Mongol-un Ni’uca Tobci’an («Сокровенное сказание о монголах»), представляет собой мифологическую генеалогию Чингисхана, эпическое повествование о его царствовании и частично о царствовании Угедея, его сына и преемника. Она также была потеряна и неизвестно, на каком языке была написана (уйгурско-монгольском вертикальном, китайско-монгольском или каком-нибудь другом). Неизвестно также время ее составления: Рене Груссэ склоняется к 1252 году, Уэмура Сейджи — к 1228-му, но отрывок хроники свидетельствует о том, что она была закончена в год крысы, что соответствует 1240 году. Как и к «Книге Золотой династии», к тексту «Сокровенного сказания» имели доступ только члены чингисханской семьи, чем объясняется ее название.

Эта хроника не всегда тщательно переписывалась китайскими писцами, сохранившими от нее только основные события под названием Yuan chao bishi («Сокровенное сказание о династии Юань») — по названию династии, которое приняли потомки Чингисхана, когда сели на Пекинский трон, завоевав Китай в 1279 году[1]. Работая, видимо, над разными списками рукописи, оригинал переписали идеограммами, следуя межлинейной традиции, затем перевели его на разговорный язык. Только в XIX веке русский синолог Кафаров (в монашестве Палладий) перевел текст на русский язык. Эта работа, требующая большой эрудиции, открыла путь западным специалистам для новых переводов, в частности, Поля Пеллио (на французский), начатого около 1920 года и не законченного в связи с его смертью, затем Гаэрниша — на немецкий, Козина — на русский и, сравнительно недавно, Кливса — на английский, в то время как на Дальнем Востоке многие китайские и японские монголоведы (Ли Вентьян, Чен Юань, Канай Ясузо) изучали текст «Сокровенного Сказания».

В связи со скудостью источников «Сокровенное сказание» заняло важное место в работах о монголах. Синолог Артур Валей квалифицировал его как «псевдоисторический роман», показав, что факты, которые в нем изложены, трудно подтвердить или опровергнуть. Историку остается только, основываясь на переводах «Книги Золотой династии» и «Сокровенного сказания», хотя и составленных независимо друг от друга, искать связь почти идентичных событий. Итак, в этих текстах нужно отделять собственно историческую ткань от эпизодов, восходящих к легенде. Но в какой мере — это не всегда легко определить. Эти хроники, в частности, «Сокровенное сказание», полны эпических отступлений: барды составили его с тем ораторским искусством, которое на пороге XX века дошло до нас нетронутым и сохранилось до наших дней в Монголии, как об этом свидетельствуют устные эпопеи, исполняемые певцами и записанные на ее территории современными филологами и музыковедами.