Чингисхан. Имперская идея полностью

В конце эпохи правления Хорезмшаха население обладало совершеннейшими безопасностью и благосостоянием. Очаги смут угасли, дороги очистились от разбойников и грабителей, и толпы купцов направились во все те места окраин государств, которые показывали возможность получения прибыли, в надежде на ее приобретение.

Так как монгольские племена были кочевниками и (находились) далеко от городов, то у них весьма ценились различные сорта носильных тканей и подстилок, и молва о прибыльности торговли с ними широко распространилась. По этой причине трое купцов из Бухары направились в те области с различными родами товаров… которые ими считались подходящими и годными для этого народа.

Хорезмшах со свитой. Персидская миниатюра, XIII в.

В то время Чингисхан уже очистил большую часть страны Хитая и Туркестана от непокорных и нарушителей (закона) и разместил на дорогах стражников с тем, чтобы они пропускали в безопасности купцов, а все, что сочтут подходящим из их тканей и материй, присылали вместе с их хозяевами к Чингисхану. Тех трех купцов отослали туда.

Когда они прибыли к (нему), один из них выложил свои ткани. Все, что стоило десять или двадцать динаров, он оценивал в два балыша (слитки золота или серебра. – А.М.) либо три. От этих нечестных речей Чингисхан пришел в гнев и сказал: «Этот человек думает, что ткани до нас (никогда) не доходили!» И велел показать ему различные сорта ценных тканей, имевшихся налицо в (его) сокровищнице. Затем, переписав его ткани, (их) насильно (у него) отняли, а (его) самого задержали.

(Затем Чингисхан) приказал явиться с тканями его товарищам. (Однако), сколько он ни убеждал (их), они не оценили одежд и сказали: «Мы принесли эти материи на имя государя!»

Их слова понравились Чингисхану, и он приказал дать им за каждую штуку зарбафта (парчи. – А.М.) один балыш золота, а за карбас и зенданачи (некрашеная и цветная, соответственно, хлопчатобумажная ткань. – А.М.) по балышу серебра. (Затем) позвал того другого (их) товарища и оплатил (ему) в том же самом соотношении те его ткани, которые (монголы) отняли (у него), и соизволил оказать им (всем) различного рода ласки.

В то время на мусульман смотрели взором полного уважения и почтения, и для вящего почета и уважения к ним их принимали в чистых белых войлочных палатках (юртах. – А.М.). При их возвращении (Чингисхан) приказал женам, царевичам и эмирам каждому отправить с ними двух-трех человек из своих приближенных с товарами, (состоящими из) золотых и серебряных балышей, (с тем) чтобы те отправились в страну султана (хорезмшаха. – А.М.), торговали и приобретали ценные и редкие вещи того края.

Согласно приказу каждый человек назначил из своих людей по одному – по два человека; собралось четыреста пятьдесят мусульман.

Чингисхан, присоединив к тем купцам в качестве послов Махмуда Хорезми, Али-Ходжу Бухари и Юсуфа Канка Отрари, отправил (их) к Хорезмшаху с известием: «Купцы той (вашей) стороны пришли к нам, и мы отправили (их) назад таким образом, как вы услышите. Кроме того, мы послали вместе с ними в те (ваши) страны несколько купцов привезти в нашу сторону диковинки ваших краев и получить редкостные ткани (производства) тамошних краев.

Величие вашей семьи и благородство вашего рода (ни для кого) не скрыты! Обширность пространства (вашего) государства и проникновенная сила ваших приказов ясны и знати, и черни в большей части земли. Для меня же вы – дорогой сын и лучший из мусульман. (Теперь), когда пределы, близкие к нам, очищены от врагов и полностью завоеваны и покорены, и с обеих сторон определены соседские права, – разум и благородство требуют, чтобы с обеих сторон был бы проторен путь согласованности, и мы взяли бы на себя обязательства помощи и поддержки друг друга в бедственных событиях и содержали бы в безопасности дороги от гибельных происшествий, дабы купцы, от многократных посещений которых зависит благосостояние мира, передвигались бы со спокойной душой. (Тогда) вследствие (установившегося между нами) согласия, исчезнут поводы для беспокойства, и пресечется поддержка разлада и непокорности!»

Рашид ад-дин, «Сборник летописей», т. 1, кн. 2, с. 186–188.

Когда султан после своего возвращения из Ирака бросил посох пребывания Мавераннахре, его встретили послы Чингисхана[35]. Это были Махмуд ал-Хорезми, Али Хваджа ал-Бухари и Йусуф Кенка ал-Отрари. С ними были обычные для тюрок дары: слитки драгоценных металлов, моржовый клык (нусуб ал-хутувв), мешочки с мускусом, каменья яшмы и одежды, называемые тарку (монг.: торго – шелк. – А.М.), которые изготовляются из шерсти белого верблюда. Одежда из этой шерсти продается за пятьдесят или более динаров.