– Тебе к малым термам, что у форума, – ответил Сервий. – Это недалеко, вон там, где колонна торчит.
– Благодарю за информацию, – Эйрих передал легионеру полсиликвы.
– Так я за всегда, в любой момент обращайся! – обрадовался Сервий. – Расскажу и покажу всё, что надо!
– Буду иметь в виду, – кивнул Эйрих. – Прощай, Сервий.
– Доброго здоровья тебе, претор Эйрих! – стукнул себя по груди кулаком гарнизонный легионер.
Пока шла их беседа, к причалу пришвартовалась очередная корбита[57]
Салона была… колоритной. Пусть Эйриху сейчас было не до любования красотами, как бы желудок ненароком не опорожнить, но всё же он сумел оценить свежую брусчатку в портовой зоне, а также красоту зданий на безымянной улице, идущей вдоль морского берега: тут и пытающийся быть незаметным лупанарий,[58] к которому вели указатели, в виде фаллических символов, выбитые на брусчатке и даже стенах зданий, тут и трёхэтажные инсулы, сильно отличающиеся от тех, что Эйрих видел в Константинополе – в столице инсулы жались друг к другу и выглядели ветхо, а тут они строились капитально и выглядели опрятно, но главное, что бросалось в глаза своей яркостью и привлекательностью – это таберны, встроенные в инсулы и иные здания. Торговые лавки Салоны явно переживают хорошие времена, потому что товара в них много, как и покупателей.
До малых терм идти было действительно недалеко. За небольшим форумом, даже близко не походящим на тот же форум Феодосия, находилось компактное здание терм, возле которых ходили чистые и довольно улыбающиеся горожане.
Эйрих, несмотря на открытые трудами Клавдия Галена сведения, термами пренебрегал. Виной всему были эйриховские убеждения из прошлой жизни: для него было форменным безумием загрязнять речную или озёрную воду грязью с волос и тела – духи разгневаются и причинят тебе, в отместку, такие страдания, что впредь будешь обходить реки седьмой дорогой. Но это не значило, что он ходил и вонял.
Для гигиены Эйрих использовал оливковое масло, за неимением избытка животного жира. Намазываясь маслом с ног до головы, он брал чистый речной песок и оттирался им до полного исчезновения грязи. И вот после этого он брал немного воды из реки, читал охранительный заговор и быстро смывал с себя остатки масла и песка. Дальше он надевал чистое бельё и ходил посвежевшим до следующей помывки.
Римлян же, рискующих здоровьем в термах, он искренне не понимал. То есть теперь, после чтения трудов Галена, понимал, но позицию их не принимал. Это мало того, что неуважительно к речным духам, так ещё и очень опасно. Впрочем, навязываться и учить их жизни он не собирался – если что-то вдруг, то сами виноваты.
– Доброго здоровья тебе, уважаемый, – обратился Эйрих к упитанному римлянину, сидящему на лавке и оттирающемуся полотенцем.
– И тебе того же, юноша, – благосклонно кивнул ему римлянин.
– Где я могу найти владельца этих терм, Фауста Кавдекса? – поинтересовался Эйрих.
– Вон он сидит, со святым отцом Македонием, – указал римлянин на двух почтенных мужей, сидящих через три лавки.
– Премного благодарен, – с признательностью кивнул ему Эйрих.
Владелец малых терм и священник о чём-то горячо спорили, поэтому мальчику пришлось подождать паузы в диалоге, набирающем обороты.
Спорили они о язычниках. Точнее о конкретном язычнике, клиенте Фауста Кавдекса, уличённом в посещении храма Юноны. Клиента зовут Авл, он почти в открытую проводит запрещённые ритуалы, что сильно не нравится святому отцу Македонию, ссылающемуся на запретительный закон императора Флавия Аркадия, ставящий целью прекратить всякие языческие ритуалы.
Как патрон, Кавдекс отвечает за поступки и проступки своего клиента, поэтому сейчас пытается отрицать причастность Авла к язычеству, заверяя, что бедолагу, скорее всего, заманили в храм Юноны какие-то злые люди и сам бы он точно никак и никогда.
– Ты чего хотел, сын мой? – священник вдруг обратил внимание на Эйриха.
– Претор Эйрих Ларг, – представился мальчик. – У меня дело к уважаемому Фаусту Кавдексу, касательно размещения моих людей в его стабулах и кумпонах.
– Прямо-таки во множественном числе? Именно в стабулАХ и кумпонАХ? – удивился владелец малых терм. – Сколько у тебя людей?
– Две тысячи четыреста тридцать семь, – ответил Эйрих.
– Ты сейчас не шутишь? – недоверчиво уточнил Кавдекс.
– Мы только прибыли в Салону на двадцати кораблях, легионер Сервий посоветовал обратиться к тебе, так как только ты можешь разрешить эту задачу, – пожал плечами Эйрих. – Итак?
– Святой отец, я вынужден отложить наш спор на вечер, – посмотрел Кавдекс на отца Македония. – Дело вынуждает.
Священник был недоволен таким развитием событий, он с неприкрытой неприязнью посмотрел на Эйриха, но затем кивнул.
– Так и быть, до вечера, – встал отец Македоний с лавки. – Но мы должны разобраться в этом сегодня же.
– Непременно, – кивнул Кавдекс.
Религиозный деятель ушёл в сторону издалека видимой базилики, а владелец малых терм перевёл испытующий взгляд на Эйриха:
– Ты точно не шутишь?
