Государство каракитаев существенно отличалось от остальных кочевых государств. Правящие князья не уезжали в завоеванные земли; каракитаи требовали признания своего владычества и довольствовались ежегодной выплатой дани деньгами и имуществом[434]. В результате такой политики Караханиды смогли удерживать Самарканд и Бухару как своих вассалов. Несмотря на влияние исламской среды, каракитаи оставались верными буддизму. Хотя они допускали большую религиозную свободу в их государстве, соседние мусульманские племена считали их «погаными язычниками»[435].
В конце XI века бывший раб, возвысившийся до военачальника, был назначен сельджукским правителем Хорезма[436]. После его смерти его место занял сын, который отличался такой же преданностью делам управления, как и его преемник, Атсыз, возглавивший государство в 1128 году. Атсыз стал основателем династии хорезмшахов[437]. В ранние годы своего правления Атсыз, как и его предки, показал себя верным подданным сельджукского султана Санджара. По прошествии лет он начал тяготиться своим зависимым положением, однако Санджар сумел удержать его в своей власти.
Государство каракитаев в последние годы своего существования сильно разрослось. Оно стало той силой, с которой надо было считаться (особенно после смерти султана Санджара в 1157 году, когда могущество Сельджуков начало сходить на нет). На востоке территория каракитаев простиралась до Лобнора и Хотана. На юго-западе были захвачены города Термез и Балх, в то время как на западе ему покорились Трансоксиана[438] и Хорезм. Атсыз был вынужден платить ежегодную дань гурхану[439]. После смерти Елюй Даши в 1142 году правящая династия начала терять власть. Поскольку преемник был слишком мал для того, чтобы управлять государством, регентшей при нем стала вдова Елюй Даши, а в 1150 году ее сын стал гурханом. После его смерти в 1163 году его сестра осуществляла регентство. В 1178 году Елюй Даши, став гурханом, взял на себя управление страной. Во время его правления Кучлук, сын последнего Таянхана найманов, потерпел поражение от Чингисхана и стал просить помощи у каракитаев в 1208 году. Кучлук сначала попытался обосноваться у уйгуров, но идикут прогнал его.
Когда Атсыз и Санджар умерли (в 1156 и 1157 соответственно), Атсыз все еще оставался вассалом Сельджуков. Он завещал мощное государство своему сыну, Алп-Арслану. Старый иранский титул хорезмшаха стал все чаще употребляться применительно к новой династии[440]. После смерти Санджара власть султанов — Сельджуков фактически больше не распространялась на восточную часть Ирана, в то время как мощь каракитаев и особенно хорезмшахов росла. Хотя Алп-Арслан все еще оставался в зависимости от каракитаев, он стал самым могущественным князем в восточной части мусульманского мира[441]. После его смерти его сын Текеш взошел на трон[442].
В растущей силе хорезмшаха халиф[443] Багдада видел возможность избавить себя от власти Сельджуков. С середины XII века политическое и военное влияние халифата Аббасидов продолжало расти, поскольку власть Сельджуков была подорвана. После двух столетий подчинения Аббасиды стали только духовными лидерами мусульманского мира; они практически не обладали реальной властью[444]. Ан-Насир, возглавивший халифат в 1180 году, вскоре стал центральной фигурой[445]. Он попросил Текеша напасть на султана Сельджуков[446].
Текеш согласился, надеясь увеличить свои собственные владения за счет остатков некогда могущественного султаната сельджуков. В марте 1194 года султан был повержен близ Рея, взят в плен и казнен[447].
Ан-Насир, рассчитывающий восстановить халифат Аббасидов, кажется, неверно расценил ситуацию. Текеш присоединил большую часть захваченных территорий к своему собственному царству, кроме Ирака-Араби, который отошел халифу. Он даже попытался узурпировать власть Сельджуков над мусульманами. Он попросил халифа о том, чтобы в Багдаде в его честь читалась хутба (пятничная проповедь), как это делалось для Сельджуков[448]. Отказ халифа стал одной из причин натянутых отношений, сложившихся между ним и хорезмшахом. Халиф в свою очередь давал поводы для взаимных подозрений, которые со временем усиливались. Эта вражда привела в конечном счете к крушению обеих династий[449]. Характерно, что во время нападений соперников на территории друг друга население подвергалось крайне жестокому обращению, с которым не могут сравниться даже зверства монголов, которые им предстояло еще испытать[450].
В 1200 году, когда умер Текеш, власть династии достигла своего пика. Хотя уже тогда возникали предпосылки драматического конца. Сильная вражда между халифом Багдада и хорезмшахом означала, что последний не мог ожидать никакой поддержки от мусульманских правителей[451]. Другим неприятным обстоятельством стало то, что Текеш сформировал сильную армию, в которой преобладали тюрки. Эти пришлые наемники, частично немусульмане, часто чинили злодеяния, что создало им репутацию варваров[452].
