- Ну в общем… Помнишь, как Мэйбл дралась с Ловкачом и принцем Хоро? – он кивнула, – Ну так, когда я дралась с Диппером… – она запнулась, пытаясь подобрать слова, – И когда он уложил меня на землю, то его глаза… горели точно так же. Словно для него я была только препятствием. Но ведь он же не использовал тогда ничего из этих способностей.
Слушая это, Гидеон нахмурился. Нет, конечно, он знал, что они не так просты и держат карты поближе к себе, но и сам Гидеон, в случае с Дневником, и вовсе их проглотил. Но вот эта вещь с горящими глазами… Слишком уж это всё подозрительно, даже для них.
- Я вот весь день старалась раздумывать над этим… – продолжила Пас, – И подумала, что, может быть, это связано с камнями. Ну и… это что-то, помогающее в бою, что-то влияющее на разум и заставляющее их действовать жёстко, безжалостно и рационально.
- Как Николо Макиавелли? – спросил Гидеон, хотя тут больше подошёл бы Поттер от Юдковски, – Или скорее как мистер Хайд?
Она кивнула, но вот её голос… Тревога в нём заставляла Гидеон чувствовать что-то неладное. Да она беспокоится за них! Беспокоится, что они могут даже не знать об этом эффекте, – уж поверьте, не нужно даже прямо контролировать, достаточно нужных эмоций, – а также о том, что это может оказывать на них побочные эффекты. Глифул в очередной раз поразился её доброте душевной, так как он в такой ситуации беспокоился бы о том, как бы это не вышло боком своей шкуре, либо о Пасифике, но не о самих близнецах.
Но всё-таки… Вот это именно то, что заставляло его чувствовать себя не в своей тарелке. Что бы это ни было у близнецов, но судя по тому, что он сам видел это… упрощало мышление. Так сказать, низводило его до уровня животных инстинктов с возможностями абстрактного мышления для поисков решения проблемы. Потому что как она схватилась с Ловкачом и Хоро… У него были сомнения, что человек может обладать такой реакцией. Представьте насколько может быть опасен хищник, который обладает кровожадностью, хладнокровием и недюжинным интеллектом.
Пасифика навострила уши, вглядываясь в идущую к Хижине дорогу, и Гидеон увидел близнецов. Вся компания как раз разобралась с очередной угрозой человеческим жизням, – жутковатым двухметровым громилой, Красной Шляпой, вымачивающей эту шляпу в крови своих жертв, жуткой версии Красной Шапочки, – а эти сказали, что разберутся с телом. И сейчас возвращались в Хижину. Но, что было заметно даже с такого расстояния, у них светились синим как амулеты, так и глаза, и они о чём-то переговаривались.
И Гидеон снова почуял что-то неладное. Конечно, на него так не действовали эти амулеты, но когда вы чуть ли не каждый день пытаетесь спастись от гибели, то научитесь чувствовать опасность. И рядом с близнецами такое чувство было всё время, дело скорее даже в том, как они держались. Но вот что-то было не так… Они… Их фразы были невпопад. Что-то ну вот совсем не то, когда буквально потрохами чуешь. Вдобавок к этому, только увидев их, Элхэ сразу же вскочила и начала шипеть на них. Вот что-то в них ей не нравилось. Почему-то.
Да нет, это было-то как рах логично. Каждый раз, когда они сталкивались с чем-то сверхъестественным, из глаза горели синим светом. И во время схватки с Хоро, и с Ловкачом, и в Хижине, когда они предложили убить тех несчастных... Да и Элхэ... было у Глифула ощущение, что это не просто кошка. Вернее, что она более умна, чем должна быть кошка. Но по какой причине она не выносила их двоих.
И это совершенно точно шло в противоборство с его намерением всё-таки рассказать им про Дневник. Так что… он был вынужден что-то сделать, и на ум приходил только один вариант, как проверить это, не контактируя с Пайнсами. Не идеальный и не самый приятный, но… Гидеон достал тот самый монокль из кармана и посмотрел через него на близнецов. Как он сам догадывался, не самое приятное зрелище.
Видимое им тут же изменилось. Кругляшок стекла был достаточно маленьким, чтобы он мог видеть только самих близнецов и небольшой участок рядом с ними. Кое-какие общие детали тут же были видны. Глаза горели словно две пары синих огоньков, кожа была не просто бледной, а скорее даже алебастровой, а обоих близнецов окружали тени, словно они держали в кармане по Андуриилу. Притом даже не совсем окружали, а больше напоминали купол. Нет, конечно, были и различия, взять хотя бы то, с какой змеиной грацией шла Пайнс, но они выбивались не так сильно, чтобы не было видно сходства.
Вообще, достаточно сложно описать то, что видишь. Ладно, помимо того, что он видел людей в таком облике, он ещё и начинал понимать их суть. В определённом смысле, даже лучше, чем они сами. И сейчас он видел их. Видел души, ци, астральную проекцию, Силу или какое там название для одной и той же сущности.
