Рассказ Пьера затянулся почти на час. Денисов оказался въедливым, что твой следователь, часто задавал наводящие вопросы и то и дело уточнял самые мельчайшие детали, на которые я бы просто не обратил внимания. И я неожиданно для себя самого получил возможность оценить все предшествующие наши приключения непредвзято. Картина получилась целостной, но немного незавершенной – такое впечатление, что кто-то, причем самый главный, так сказать, кукловод, остался за кадром. Тот, кто стоял за мафией Босуорт-Нова, кто подкидывал идейки покойному господину Ма, кто заплатил людям Хромого Хидео… Конкурент. А уж когда патрон перешел к самой интересной части – байкам черных археологов, Тайне с большой буквы и Ковчегу – я снова развесил уши, как в первый раз. Очень уж у него это выходило… вкусно, что ли.
Выслушав мало что не исповедь дражайшего шефа, Егерь глубоко задумался, мне даже показалось, что он опять впал в транс, вроде того, в котором пребывал на «призраке» целые сутки. Однако Денисов вдруг тряхнул головой, бесцеремонно сграбастал бутыль у Пьера из-под носа и набулькал себе чуть ли не полбокала коньяка. Выхлебал в один глоток, даже не поперхнувшись, зажевал шоколадом и огорошил нас бессмысленным на первый взгляд заявлением:
– Все сходится. Программа активировалась.
Надо признать, тут проняло даже дубового Тарасова – уж больно удивленным взглядом он смерил своего старого знакомого.
– Да, Саныч, ты тоже многого не знаешь, – подтвердил его опасения Егерь. – Не мог я раньше рассказать, не обижайся. Итак, господа, откровенность за откровенность. Началась эта история четыре года назад, на планете с красноречивым названием Находка…
По похождениям Егеря впору было писать приключенческий роман, я даже мельком пожалел, что Бог меня талантом рассказчика обделил. Денисов подробнейшим образом описал все события, приведшие к полному краху Первой Дальней, а затем плавно переключился на Нереиду. Про судьбу исследовательской базы мы уже в общих чертах знали, но без деталей. А тут, можно сказать, информация из первых рук. Но кое-что во второй части повествования бравого Олега Игоревича мне показалось слегка натянутым, в частности, его переход на резиновой лодке до острова с разгромленной лабораторией. Уж очень удачно он на него наткнулся. Впрочем, ловить на несоответствиях я его не собирался, и без того ошеломляющих фактов хватало. Один действующий искин на базе Первых чего стоил! И этот, как его, «внутренний искин» в татуировке на плече – Денисов «картинку» даже продемонстрировал, и мы убедились, что от обычной татухи ее отличить невозможно, разве что узор очень уж абстрактный…
– Так что сами понимаете, господа спасители, никуда я с подводной лодки не денусь, – завершил Егерь свой рассказ. – Есть у меня такое чувство, что, пока с вашей загадкой не разберусь, от гребаной «татуировки» не избавлюсь. Да и Галя тоже. Она хоть и не признается, но я вижу – тяжко ей. Очень.
– Олежек, а ты, часом, не заливаешь? – подозрительно прищурился Тарасов после общего продолжительного молчания.
Денисов лишь пожал плечами, мол, хотите – верьте, хотите – нет.
– Неудивительно, что тебя в нашу глухомань упрятали, – хмыкнул майор и снова глубоко задумался.
Вот и вся реакция. То ли он действительно настолько непробиваемый, пофигист, одним словом, то ли так хорошо собой владеет. Я, откровенно говоря, так до сих пор и не разобрался в этом вопросе, и это меня совсем не радовало – так и до полной профессиональной несостоятельности допрыгаться недолго.
Зато дражайший шеф несколько оправился от потрясения и, как и Денисов давеча, промочив горло доброй порцией коньяка, выдохнул:
– Я знал! Я всегда это чувствовал! Ребята, вы даже представить себе не можете!..
Не в силах сдержать распиравшие его чувства, Пьер выбрался из-за стола и принялся вышагивать перед нами туда-сюда, заложив руки за спину. Признаться, таким возбужденным я патрона еще не видел. Даже в «сокровищнице» старого Ма он вел себя куда сдержаннее. А тут проняло.
– Подумать только! Действующий искусственный интеллект Первых! Я бы многое отдал за возможность пообщаться с ним…
– Боюсь, это невозможно, – попытался спустить шефа с небес на землю Денисов. – По крайней мере, в ближайшую сотню лет.
– Да я понимаю! – отмахнулся Пьер. – Но вы только представьте!.. Такой источник информации!.. Ведь ему наверняка известно про Ковчег…
– Кстати, а в каком направлении вы, Пьер, собираетесь вести поиски?
Н-да. Уел Денисов, как есть уел. Раньше все планы не распространялись дальше вызволения с Ахерона Егеря с девушкой. Насколько я знаю, шеф именно у них рассчитывал разжиться информацией. А тут этот самый «источник информации» недвусмысленно дал понять, что вообще не в курсе – какой такой Ковчег? Ситуа-а-ация.
Против ожидания, дражайший шеф не ответил, лишь рукой махнул, дескать, пока не до мелочей.
– Олег?..
– Да? – Денисов с легкой усмешкой уставился на меня, явно не ожидая ничего умного.
