Егерь вдохнул побольше воздуха, видимо, намереваясь меня послать по матушке, но потом прищурился задумчиво. Склонился над водой, навалившись грудью на тугой борт, всмотрелся в толщу воды и буркнул:
– Паш, дай Петровича.
Я с опаской подхватил кота, так и пялившегося на афалин, под мягкое брюхо и передал напарнику. Против ожидания, котяра сопротивляться не стал, безропотно дался Денисову в руки и заурчал, когда тот принялся поглаживать его по холке.
– Петрович, зови Варьку. И сосредоточься, это очень важно.
– Мя-а-а-у!
– Вижу, молодец.
Афалина прервала грациозный танец и скользнула к лодке, затормозив у самого борта. Высунула любопытное рыло, вопросительно хрюкнула.
– Варька, ты чувствуешь краба?
– Чувствовать! Кусачий краб! Детеныш, хорошо!
– И ты для этого попросила ему подарить маячок?
– Подарок! Чувствовать! Чувствовать! Благодарность большой черный Денисов! Детеныш присмотреть! Всегда!
– Но как?
Афалина разразилась длинной серией свистов и щелчков, даже от избытка чувств хвостом по воде стеганула, но перевода не последовало.
– Ч-черт! Варька, давай помедленнее. Я не понимаю.
– Большой черный Денисов не понимать! Просто! Просто! Помогать!.. – И снова длинная серия трескучей дельфиньей «речи».
– Тебе кто-то помогает чувствовать краба?
– Помогать! Варьке помогать!
Продолжительный свист.
Денисов раздраженно содрал шлем и недоуменно помотал головой:
– Не пойму… Она явно называет кого-то конкретного, но… блин, это даже не имя, это какое-то определение! Ничего похожего она раньше не упоминала. Что же это за ретранслятор такой?..
– Может, ну его на фиг?
– Смеешься? Да я же спать спокойно не смогу! Ладно, еще раз попробую…
На сей раз Егерь внешнюю аудиосистему отключил – видимо, чтобы не травмировать мою психику явным бредом. Они с Варькой довольно долго гипнотизировали друг друга взглядами, причем афалина и на «слова» не скупилась – свистела и щелкала с удвоенной энергией, потом Денисов разогнулся, устраиваясь поудобнее на банке, и вновь стянул шлем.
– Так толком и не объяснила, – вздохнул он. – Единственное, что я понял – это какой-то дух, который живет в пещере и охраняет ценности.
– Уверен?
– Не-а. Я так интерпретировал нечто, похожее на «тот-кто-сидит-в-ценностях-и-охраняет-их». В одно слово.
– Ты думаешь о том же, что и я?
– Очень похоже.
– А этот, – показал я взглядом на левое плечо Денисова, – что?
– Молчит.
– Досадно. Кстати… афалины же телепаты, неужели они друг друга не чувствуют?
– Мне это тоже пришло в голову. Варька сказала, что чувствуют, но не далеко, и острова сильно мешают. Поэтому ей и понравилась идея следить за малым издали с помощью нашего «крабика». Но у остальных не прокатит, – предупредил мой следующий вопрос Олег. – Я так понял, с этим их… духом… общаться могут далеко не все особи. Только, э-э-э, Хранители, скажем так. Как она и еще несколько старших из ее прайда.
Помолчали, переваривая информацию, потом я все же поделился с напарником сомнениями:
– Слушай, Олег, а стоит туда вообще соваться? При таких-то делах?
– Однозначно, – невесело ухмыльнулся тот. – Но не хочется до жути, тут ты прав. Ладно, что-то мне подсказывает, что ничего сверхъестественного с нами не случится. Если бы тот, кто прячется в пещерах, хотел нам помешать, он бы уже давно это сделал.
– Логично. Но все равно стремно.
И это еще мягко сказано! В животе, примерно в районе желудка, поселилась самая настоящая ледышка, от которой волны холода распространялись по всему телу, так что я с трудом сдерживал дрожь. Это не просто волнение, и даже не мандраж перед боем. Это… некое всеобъемлющее, даже, я бы сказал, всепоглощающее и парализующее чувство… Черт, словами не описать. Это… как страх неизвестности, настолько сильный, что мозг отказывается его воспринимать адекватно, соответственно, и инстинкт самосохранения пасует. Вроде как и понимаешь, чем это грозит, и при этом тебе откровенно плевать. Перегорел. Этакий тотальный пофигизм. А, будь, что будет!!! Я подхватил линь и потащил наверх якорь.
– Паш?
– Хрен ли тянуть? Перед смертью не надышишься. Зови Варьку, пусть пещеру показывает.
– А ты отчаянный.
– Жизнь заставляет. Давай быстрей, а то как бы приступ не начался…
Егерь смерил меня долгим изучающим взглядом, как будто только сейчас разглядел во мне нечто, ранее скрытое, хмыкнул и запустил движок.
– Честно признаться, именно здесь я бы искал вход в пещеру в самую последнюю очередь. Хитро придумано, а, Паш?..
