Чёрный дождь полностью

Это строки одного из двух десятков стихов японских поэтов, представленных в предлагаемом читателям сборнике «Хиросима». С такими доходящими до глубины души словами к людям всего мира обращается Таканори Симидзу. Строки эти написаны не сегодня, но и по сей день не утихает их звучание, поскольку трагедия Хиросимы незабвенна. Она незабвенна потому, что касается не только прошлого, но и будущего всего человечества, над которым нависла опасность термоядерной войны, опасность сотен тысяч новых хиросим.

Забыть прошлое — значит лишить себя будущего. Эту непреложную истину осознает все большее и большее число японских литераторов. Одним из подтверждений тому служат включенные в сборник «Хиросима» произведения японских прозаиков и поэтов. В них многогранно воссоздана память о страшной атомной трагедии. Как огромный витраж, память эта сложена из сотен отдельных осколков — драматических судеб героев романов, рассказов, стихов.

Память о Хиросиме. Какой нелегкий, сложный и извилистый путь прошла она в Японии! Оглянемся на ее основные вехи. Отсчет хиросимской трагедии начался с 8 часов 15 минут утра 6 августа 1945 года. В этот миг время в мире раскололось на два периода — до Хиросимы и после.

«Хиросима — город смерти. Даже люди, оставшиеся невредимыми при взрыве, продолжают умирать»,— сообщала спустя всего 25 дней после бомбардировки газета «Асахи».

А 3 сентября, на другой же день после капитуляции Японии, нахлынувшим в Токио иностранным журналистам американский генерал Томас Ферелл заявил следующее: «Все, кому выпало умереть, умерли. И от последствий взрывов в Хиросиме и Нагасаки больше не страдает никто». И хотя для такого утверждения не было совершенно никаких оснований, слова генерала разошлись в печати как официальное мнение американских специалистов.

С середины сентября всякое упоминание о жертвах атомных взрывов исчезло со страниц японских газет. По требованию цензуры американских оккупационных властей исчезло не на недели и месяцы, а на целых семь лет.

После запрета публикации правды о трагедии Хиросимы и Нагасаки сотни тысяч «хибакуся» — людей, пострадавших от атомных взрывов, стали как бы кастой отверженных. Никто не имел права публично выражать им сострадание и взывать о помощи им. Пресекались любые попытки японских кинематографистов создать документальный фильм об атомных бомбардировках.

Тадао Урю, видный японский кинокритик, в одном из своих интервью свидетельствует: «В тот страшный день, когда все узнали, что американцы сбросили бомбу, мы отправили в район Хиросимы кинооператора. Мы еще не знали тогда? что это грозило опасностью для его жизни. Он заснял уникальные кадры. Город еще горел. Военная администрация США изъяла пленку. До сих пор мы не знаем, уничтожена она или хранится где-то в сейфе».

Известный японский кинорежиссер Акира Ивасаки во время моей встречи с ним в Токио рассказал, что возглавляемая им группа операторов прибыла в Хиросиму вскоре после взрыва. Всю осень снимали они среди пепла и развалин, а затем перебрались в Нагасаки. Когда съемки уже подходили к концу, кинооператоры были задержаны американской военной полицией и доставлены в Токио. Киностудия и дом Ивасаки подверглись обыску, все подготовленные к фильму материалы были конфискованы. Однако еще до конфискации Ивасаки и его коллегам удалось тайно, рискуя жизнью, отпечатать копию фильма и спрятать ее.

Ученые, участвовавшие в создании атомной бомбы, настоятельно просили американское военное командование разбросать над Японией листовки, которые предостерегали бы об опасности радиоактивного излучения, возникающего при атомном взрыве. Но американские военные власти не захотели этого сделать. Пентагон поначалу пытался отрицать, что атомные бомбы способны вызывать у людей лучевую болезнь.

Позже, когда уже стало невозможным скрывать последствия атомных бомбардировок, Вашингтон, а вслед за ним под его давлением и Токио пытались всячески приуменьшить истинные масштабы трагедий Хиросимы и Нагасаки. По официальной версии, которой и по сей день придерживаются правящие круги США и Японии, от взрыва атомной бомбы погибло 75 тысяч человек из 245 тысяч, составлявших население Хиросимы.