— Спасибо, — шепнул Джош тахтону, когда Билли отвернулся.
— Здóрово ты их отдубасил! Не слишком, а?
Призрак пожал плечами — в точности как Джош, когда отвечал Билли.
Что на это можно было ответить?
— Убили!
— Майка Росса убили!
— Малыш завалил Большого Майка!
Джош в теле. В своём, родимом. Стоит дурак дураком, пялится на другое тело, чужое, распростёртое на земле. Джошуа Редман, сэр, всегда упускает момент, когда они с тахтоном меняются местами. Раз! — и он уже
Джош запоздало моргает.
Майк лежит на спине без движения, широко раскинув руки и ноги. В глазах отражается бледное небо. По левому глазу ползает муха, но Майка это ни капельки не беспокоит. Джереми Стокс щупает у Майка пульс, распрямляется, сообщает во всеуслышанье:
— Мёртв.
— Ваша шляпа, сэр.
Перед Джошем стоит Освальд Кристофер МакИнтайр-младший. Подаёт Джошу шляпу, слетевшую во время драки. Во взгляде мальчишки ужас мешается с восхищением. Джош машинально хлопает шляпой об колено, отряхивая пыль; водружает на голову.
— Так-так-так!
Случилось чудо: шериф Дрекстон покинул свой уютный кабинет. Сейчас он стоит в дверях конторы — руки-в-боки, грозней грозного. В точности покойный Майк Росс перед тем, как нарваться на драку! Хмурый взгляд огораживает невидимым кордоном городскую площадь. Зеваки расступаются, дают возможность служителю закона увидеть тело.
— Труп, значит. Убийство, значит.
Очевидное в устах шерифа приобретает дополнительный вес.
— Прямо на площади, значит. Кто видел факт убийства?
— Я видел!
— Я!
— Факт!
— Все видели!
Редкий случай: ни одна живая душа не хочет увильнуть. Весь Элмер-Крик рвётся в свидетели!
— Очень хорошо. Кто убил мистера Росса?
— Малыш!
— Редман, кто ещё!
— Твой помощник, Дрекстон!
— Заместитель!
— Ну да, заместитель…
Взгляд шерифа упирается в Джоша:
— Я вынужден вас арестовать, мистер Редман.
Ладонь Дрекстона опускается на рукоять револьвера. Видя, что Джош безоружен, шериф не спешит его доставать. Что не сказано вслух, написано на лице: «Доигрался, щенок! Думал, если ты у мэра в любимчиках, так тебе сам чёрт не брат? Где тут у нас виселица, а?!»
Чёрт не брат, думает Джош. А если брат?
— Мистер Редман не виноват, сэр!
Вперёд выскакивает МакИнтайр-младший. Голос мальчишки срывается от волнения, «даёт петуха»:
— Майк первый напал!
Толпа — котёл. Вопли Освальда — жаркий огонь:
— Честная драка, сэр! На кулаках, без оружия!
Толпа вскипает. Брызжет криками, грозит ошпарить Дрекстона:
— Парень дело говорит!
— Всё так и было!
— Малыш дрался, как лев!
Как лев, думает Джош. Вряд ли львы дерутся так, как тахтон. Я ведь толком и не понял, что произошло. Раз-два, нырки, тычки, сцепились, упали. Встал один тахтон, в смысле, я. С чего тут Большому Майку помирать, сэр?
— Росс сам нарвался!
Дрекстон морщится, словно ему в физиономию прилетел плевок.
— Я разберусь, кто виноват! А пока что мистер Редман поскучает в камере. До выяснения…
— Мистер Дрекстон!
Огонь гаснет, котёл остывает. Все взгляды устремлены на балкон мэрии. Там воздвигся, картинно облокотившись о белоснежные перила, мистер Киркпатрик собственной мэрской персоной. Хоть портрет с него пиши: брюки и пиджак цвета летней ночи, бархатный жилет, белая — в цвет перил — рубашка. Витой шнурок-галстук, золотая цепочка часов. Да, как можно забыть: лаковые туфли. Такие во всём Элмер-Крик носит один Фредерик Киркпатрик.
У мэра есть стиль, сэр. Если Джошуа Редман желает чего-то добиться в этой жизни, он знает, с кого брать пример.
И кого держаться.
— Надеюсь, вы не против ещё одного свидетеля, мистер Дрекстон?
Мэр не ждёт, пока шериф ему ответит:
— Так уж случилось, что я всё видел от начала до конца. Отсюда прекрасный обзор, при случае можете убедиться.
— Разумеется, сэр. Я с удовольствием выслушаю и запишу ваши показания. После того как преступник…
— Я не ослышался, шериф? Или вы не шериф? Вы судья?
— При чём здесь судья?!
— Вы прилюдно называете преступником человека, который всего лишь защищал свою жизнь? Голыми руками?
— Убийство есть убийство, мистер Киркпатрик!
Шериф твёрдо стоит на своём. Если сейчас он сдаст назад, потеряет лицо на людях — пиши пропало. Прощай, латунная звезда! Говорят, когда падает звезда, это к счастью. Дрекстон отлично знает, кому на грудь упадёт его счастье.
Звезда? Люстра!
Качается люстра, подвешенная к небесам, летает над головой Джошуа Редмана: от мэра к шерифу, от шерифа к мэру. Добрых две сотни фунтов стали, латуни и стекла, сэр! Джош непроизвольно вжимает голову в плечи.
Над ним продолжается дуэль.
— Разумеется, шериф! Но убийства бывают разного рода. Вашего заместителя оскорбили и спровоцировали, когда он исполнял свои служебные обязанности. Если вам мало моих слов, собравшиеся здесь честные граждане Элмер-Крик могут их подтвердить.
