Чёрный лебедь полностью

«Остановить (Трампа, — К. Б.) может только одно, — размышлял на круглом столе в Парламентской газете, посвящённом результатам супервторника, философ и политолог Борис Межуев. — Это если вдруг весь республиканский истеблишмент откажется стопроцентно от всяких иных вариантов и попыток остановить Трампа и просто поддержит Теда Круза как единственно возможного кандидата. Но этого, мне кажется, не произойдет. Все‑таки очень сильный разрыв культурный, политический, какой угодно между этим истеблишментом и Тедом Крузом. Не смогут они сейчас в него вложиться как в основного кандидата. Не смогут перестроиться и собрать воедино весь кулак Республиканской партии, не смогут увидеть в Крузе свою последнюю надежду. Слишком на другое они ставили»[112].

Действительно, республиканский истеблишмент так и не смог преодолеть внутреннее недоверие к бунтарям‑«чайникам» и вложить все резервы в Теда Круза. «Выбор между Трампом и Крузом, — заявил в прямом эфире телекомпании ABC News давний враг Дональда Трампа сенатор Линдси Грэм, — это всё равно, что выбор между расстрелом и отравлением»[113].

Оставались, конечно, еще Марко Рубио и Джон Кейсик, но и с ними было не всё так гладко, как хотелось бы республиканскому истеблишменту. Флоридский сенатор Марко Рубио изначально рассматривался как «запасной вариант» — основным считался Джеб Буш — и это ослабило его на старте. Во второй супервторник, 15 марта, он проиграл Трампу даже в своём родном штате Флорида — а штат Солнечного Света относится к тем, где победитель праймериз «забирает всё», и Рубио потерял — а Трамп, соответственно, приобрёл — там 99 делегатов. После этого «Малыш Марко» тоже вышел из гонки, и Трамп остался лицом к лицу с двумя противниками — Крузом и Кейсиком.

В этот момент у Трампа началась «черная полоса» — он проиграл праймериз в Юте (14 % против 69,2 % у Круза и 16,8 у Кейсика), в Висконсине (35,1 % против 48,2 % у Круза) — не помогло даже выступление красавицы Мелании, о котором рассказывалось во второй главе, в Вайоминге — позорные 7 % против 70,9 у Круза… Казалось, полоса блестящих побед, начало которой было положено в Нью‑Гемпшире, все‑таки оборвалась. Кроме того, именно в эти дни активизировалось движение «Остановить Трампа» (Stop Trump, также известное как Dump Trump — «Трампа на помойку», или Never Trump). 17 марта влиятельные консерваторы во главе с известным журналистом и блогером Эриком Эриксоном, имевшим зуб на Трампа еще со времен скандала с Меган Келли, собрались в Клубе Армии и Флота в Вашингтоне, чтобы разработать антитрамповскую стратегию. Стратегия, впрочем, на тот момент была возможна только одна — оказывать всевозможную поддержку Теду Крузу и Джону Кейсику.

И тут случился Нью‑Йорк.

Трамп не был профессиональным политиком, поэтому говорить о том, что Нью‑Йорк был его штатом в том смысле, в каком Техас был штатом Круза, а Огайо — штатом Кейсика, можно с известной натяжкой — никаких официальных постов он там никогда не занимал. Но, по сути, Нью‑Йорк, конечно же, был родным штатом Трампа — это был штат его любимого города, города, который он знал до последней трещины в асфальте, который искренне любил, и в котором делал свою головокружительную карьеру. И Нью‑Йорк отплатил ему сторицей.

19 апреля Дональд Трамп получил на праймериз в штате Нью‑Йорк 60,4 % голосов — и 90 делегатов. Крузу пришлось довольствоваться 14,5 %, Кейсик выступил лучше и набрал 25,1 % голосов — и 5 делегатов.

А впереди маячила грозная тень третьего супервторника (26 апреля) в пяти штатах Северо‑Востока США — Делавэре, Мэриленде, Коннектикуте, Род‑Айленде и Пенсильвании. Победа в этих штатах делала Трампа почти 100 % официальным номинантом Республиканской партии.

В этот‑то самый момент и сложился «нечестивый союз» Теда Круза и Джона Кейсика.