Чёрный лебедь полностью

«America First» — старый лозунг американских изоляционистов 1930‑х годов. Тогда это было модное интеллектуальное течение, отнюдь не популистское, и — скорее левое, нежели правое. Достаточно назвать имена Синклера Льюиса, Чарльза Бирда, Джона Флинна. В одноимённый комитет, созданный в сентябре 1940 г. с целью недопущения втягивания США в войну против Германии, входили генерал Роберт Вуд и знаменитый летчик Чарльз Линдберг… Словом, это было весьма популярное (хотя и не популистское) движение, в одночасье переставшее существовать после нападения японцев на Перл‑Харбор в декабре 1941 г.

То, что Трамп взял на вооружение лозунг с вполне определённым идеологическим содержанием, маркирующий хорошо известное движение с несколько подмоченной репутацией, говорит о том, что он не боится прослыть изоляционистом — хотя сам себя предпочитает именовать антиинтервенционистом. По мнению профессора Гарварда Стивена Уолта, «в отношении НАТО, Японии, Южной Кореи и особенно Ближнего Востока он звучит, как изоляционист. Одновременно Трамп очень задирист, он явно склонен преувеличивать военно‑дипломатическое могущество Америки, которая, в его представлении, способна, скажем, диктовать условия торговых соглашений Китаю»[208].

Протекционизм Трампа, его стремление вернуть производства на территорию США, разорвать торгово‑промышленные цепочки, созданные такими договорами, как НАФТА и ТТП, безусловно, делают его изоляционистом — но, парадоксальным образом, этот изоляционизм больше проявляется в его предложениях по реформированию внутренней политики США. Но так ли обстоят дела с его внешнеполитической программой?

27 апреля 2016 г. Дональд Трамп выступил с большой программной речью в стенах Центра национальных интересов (до 2011 г. — Никсоновский центр)[209]. Эта речь, в которой он впервые четко сформулировал свою внешнеполитическую программу, была произнесена им после победы на праймериз в пяти северо‑восточных штатах (Коннектикуте, Делавэре, Мэриленде, Пенсильвании и Род Айленде), где он наголову разгромил конкурентов. После этого многие политические обозреватели заговорили о том, что победа миллиардера в борьбе за номинацию от Республиканской партии почти неизбежна.

Это обстоятельство и определило общую тональность речи Трампа в ЦНИ — она была выдержана в стилистике, понятной и близкой республиканскому истеблишменту: пришла пора вторых, возможно, еще более важных «смотрин». Однако, делая акцент на темах, жизненно важных для части республиканского истеблишмента, Трамп не слишком отступил от тех тезисов, которые высказывал раньше.