В последний вечер он смягчился и посмотрел на своих братьев и мать по-иному. Глядя на то, как они играли и общались друг с другом, он больше не видел в них убийц. Он видел в них тех, кто ошибся и выбрал неверный путь. Ему хотелось подойти к ним, поговорить, сказать, что ему будет их не хватать, но он так и не решился это сделать. Никто не должен был догадаться о том, что он спланировал побег.
Утром по традиции все ели Кану. Моа запихивал ее в рот, не жалея. Он не знал, когда в следующий раз ему представится возможность поесть, и нуждался в запасе сил. В музыкальном зале их встретила речь отца, преисполненная напыщенной гордости за их военные успехи. Он практически не слушал, что он говорил. Только отдельные слова влетали в его голову и не находя питательную среду вылетали оттуда обратно. Все прошло в точности так, как и говорил Роно. Когда все начали петь, он не пел, и когда все погрузились в песенный транс он спокойно покинул музыкальный зал и отправился в конец восьмого района, где его ждал выход на поверхность.
Вкуснейший запах чистого воздуха встретил его снаружи. Омо и Ромо весело блестели высоко на небосводе. День для побега был выбран крайне удачно. Не теряя ни минуты, он стал набирать скорость и через пару мгновений на всех порах мчался в сторону Черного когтя. Все страхи и сомнения он оставил в Всегурроне, который так и не смог стать для него родным.
Скала встретила его леденящей тишиной. Один только ветер сновал по пещерам, издавая какие-то звуки. Моа отправился в пещеры и осмотрел их все до единой. Он потратил на это несколько часов времени, постоянно взывая к Ксафу, но тот так и не появлялся. Наконец, он вернулся в главный зал, где когда-то они с груками ловили малышей, не давая им свалиться с постамента. Место это хранило в себе множество воспоминаний, который причиняли боль тем, что никогда не претворятся в явь.
Моа поднял голову вверх, наблюдая за тем, как Ромо поравнялся с отверстием в скале, свет его был ослепительным, и ему пришлось закрыть глаза. Свет согревал его и дарил ощущение спокойствия. Даже если ему придется жить здесь в одиночестве, он не будет несчастен. Когда он открыл глаза вновь, то увидел, как Ромо спрыгнул с небосвода и собирался приземлиться Моа прямо на голову. Когда ощущение невероятного прошло, он осознал, что это Ксаф спускается с верхнего этажа к нему. Какое же это было счастье — встретить старого друга.
— Прости, что не пришел раньше. Я видел, что ты приближаешься к скале, но хотел доделать последние дела, чтобы мы могли отправиться в путь.
— Ничего. Я очень рад тебя видеть.
— Я тоже. И у меня есть хорошие новости для тебя. Если ты позволишь, я покажу их тебе.
Моа дал свое согласие и по ментальному каналу связи Ксаф показал ему, как он проведал оставшихся в живых груков и кхроков на новом месте их жительства. Скала была такой же непреступной и темной, уходящей прямо в небо, но отличалась от Черного Когтя своей формой. Моа увидел, как пятеро кхроков и груков располагаются в новых пещерах, готовые начать новую жизнь там, и Оро его наполнилось блаженным чувством облегчения. Все эти две недели после окончания войны он переживал, что молодые кхроки и груки не смогут преодолеть такой путь и погибнут по дороге. Но они выжили и были готовы начать жизнь заново. План, составленный за мгновение до начала трагических событий сработал. Взрослые кхроки и груки отдали свои жизни, чтобы позволить младшим сбежать. Не оказывая никакого сопротивления, они намеренно растянули свою погибель во времени, обескураживая своих губителей и внушая в них ложное чувство предосторожности. Пока они втаптывали их в лед и ожидали нападения из засады, решившие жить кхроки и груки мчались в направлении, что указал им Ксаф.
— Я рад, что с ними все в порядке, — преисполненный радости и надежды сказал Моа, — Что мы теперь будем делать?
— Отправимся к ним, я полагаю.
— Ты сделал здесь все, что хотел?
— Да, я связался с создателями. Они прибудут сюда через 3 недели. Так что нам нужно поторопиться, чтобы добраться до наших друзей до их прибытия. Кроме того, на хвост тебе сел отряд из разведчиков. Они отстают всего на три километра. Нам нужно оторваться от них.
— Тогда поспешим. И еще я хочу, чтобы в дороге ты рассказал мне все, что ты знаешь о создателях и все-все остальное. Я готов получить эти знания, теперь меня ничто не останавливает. Так что пойдем, и на этот раз приготовься отвечать на мои вопросы.
— Договорились, — весело ответил Ксаф, и вместе с Моа они направились к выходу из пещер.
Конец.
