Смотря, вдруг Святогор сказал:
– Да, не пришло ещё то время,
Чтобы свой Рок он прочитал…
– О чём вы говорите оба? –
Вопрос задáл Вадим им свой.
И вновь слова лишь о Пороге,
И он в ответ – Нет, нет… Постой…
Он думал, что не будет ни чему
Уже на свете удивляться,
Но оторопь берёт вовсю,
Что он вдруг начал задыхаться.
– Но как? Ведь вы же говорили… –
Его эмоции обуревали
От правды, что ему открыли
– Но почему ему вы не сказали?
Хотя… как это рассказать?
Дано узнать сие самим…
И мы что? Будем так стоять?
– Нет, мы пока что приглядим…
***
Куда идти ему? Куда податься?
Вновь раствориться в небытьи?
Выходит, остаётся только драться –
Благо, врагов легко найти.
Он лишь оформил эту мысль,
Как ощутил присутствие других.
Отнюдь не тех, кого покинул,
А тех обманутых и злых.
В их душах ненависть пылала,
Решимость била, что есть сил,
Хотя, по сути, и не знали,
Что каждый здесь из них забыл.
Их пронизает столько силы,
Что с ней им сложно совладать!
Но они словно как слепые –
Не могут ничего понять…
Всё, созерцанию конец –
Сейчас они затеют свару.
У них свой путь – кровь и свинец!
Ну что ж, тогда устроим жару!..
И жжение привычное в руках –
Оба клинка готовых к бою.
И вот бредущие впотьмах
На смерть идут с победным воем.
Плащи их в ядовитых красках.
Пять тварей, демонов, Магистров.
Их неизменный оскал масок.
Они стремительны и быстры.
И их диковинный набор
Орудий смерти наготове.
Сергея удивлённый взор
Впервой взирает на такое:
По паре длинных пистолетов
У каждого его врага,
И дула сих орудий смерти
Острее лезвия меча.
С одной руки сечёт наотмашь,
С другой стреляет, снова бьёт.
И вороги резвы и точны,
Сергей, однако, не сдаёт.
Он сам как будто отстранился,
Стал видеть всё со стороны,
И словно в пляске закружился,
Дабы от пуль, клинков уйти…
И вот уже напор врагов
Не кажется таким лихим,
И теперь Сергей готов
Разогнать их словно дым!
Он, как в блокбастерском кино,
Схватился с копиями Смита,
Но они движутся в «slow-mo»,
А он в своём обычном ритме.
Их головы уже летят,
Диковинные пушки молкнут,
Но продолжают нападать,
Хотя понятно, что без толку!
И вдруг откуда ни возьми
Катана пред Сергеем возникает,
И от клинка сего уж не уйти! –
И он Магистра Чёрного пронзает…
А следом появляется Багровый –
Он словно бы выходит из меча
С улыбкой мерзкой и довольной,
При этом громко говоря:
– Ты был лишь инструментом мести,
Адептом разрушительных стихий,
Одной из моих жалких бестий,
Что думают – у них урок мессий.
А сами же никчёмны и пусты,
Бредут вперёд уткнуться в безразличье.
Да, ты такой же как они,
Не вижу никаких различий.
Закончится ничем другим
Всё это просто не могло!
Ты помнишь, что я говорил?
В итоге победит ничто!
Багровый вынул из Сергея свой клинок,
И умирающий он рухнул на колено
– Понять суть безразличия твой рок.
Так было, есть и будет неизменно.
И что-то вдруг Сергей узрел –
Багровый нечто делал с Кладовестом.
Его он заблокировать сумел,
Лепя его, как хочет, словно тесто.
И от того всему хотелось верить,
Супротив лжи никак не устоять,
И лишь одно возможно здесь ответить:
«Я должен был и сам всё это знать!»
Сергей стал источаться, стал прозрачным,
Вновь отправляясь в мир самоубийц,
Но вдруг видением внезапным
Его заставили вцепиться в жизнь:
***
– Я мёртв был, но вернулся.
Теперь я вспомнил, я познал.
Он только лишь запнулся
И более не замолкал.
– Да, это было всё, я помню!
И Кладовест был, и Порог,
И горечь, что приходит солью
От знания, что
Тот, кто миров грань переходит,
Обратно не вернётся никогда,
Ибо тогда совсем
Он получает навсегда.
А с
Возвращаться в мир людей.
Коль глаза твои открыты
Не закроешь их теперь.
Случай это ли слепой,
То ли Кладовеста воля,
Но Сергей пришёл домой,
Не позная своей доли.
А это значит, что для мира
Он стал Богом Всемогущим.
И подвластно его силе
Всё, что во Вселенной суще.
Жаркое дыханье звёзд,
Движенье атомов, базонов.
