— Понятно, — улыбнулась я и погладила его руку. Я должна была всё время его гладить и ласкать. Дать то, что ему не додали. Это не сложно, я очень сильно его любила.
С машиной разобрались быстро. Я сама приготовила кофе Егору, а себе капучино. Заглянула в холодильник, а там провианта на три года вперёд.
Только вот завтракать я не смогла, сделала глоток ароматного напитка, и чуть не упала носом в чашку. Сильные руки подхватили меня и донесли до дивана. Я вцепилась в Егора, не желая отпускать. И он лёг со мной.
— Какая же ты хорошенькая, как котёнок, — шептал мой любимый Ге, поглаживая по волосам. — Спи, Кроха. Всё будет хорошо.
Было очень хорошо. Особенно, когда сквозь сон я почувствовала, что пришёл Гоша. Волк лёг в наши ноги и положил морду мне на колени. Потом он получил от брата и поменял позу. Мне досталась часть хвоста, которую Егор скидывал, но Гоша упорно кидал свой мех на мои ноги.
— Я ещё раз тебе говорю, — шипел недовольный Егор. — Это моя пара, ты свою найдёшь, не трогай.
Гоша, пользуясь своей временной болезнью, после этих слов положил не только хвост, но и заднюю лапу на меня.
— Дебил, — фыркнул Егор и куда-то потянулся.
А потом я услышала приятные звуки, и приоткрыла глаза.
Уже был день, и зал был залит золотым светом яркого солнца. Изящные, длинные пальцы трогали струны на гитаре.
— Доброе утро, Кроха-Лу, — улыбнулся мне Егор. — У нас день полного расслобона.
— Сыграй что-нибудь, — я улыбнулась в ответ и поправила его отросшие волосы, почесала его чёрную бородку.
Мелодия была невероятно красивая. Егор сосредоточился, и даже сел на диване, чтобы лучше получалось.
— Алёна родила от Лихо двойняшек, — под музыку слова его опять казались сказкой. — Дочь Прасковью и сына Илью. Они старше нас на шестнадцать лет. Илья играл на гитаре. И мы с Гошей, тоже захотели играть.
— У вас были хорошие отношения? — сонно протянула я, любуясь восхитительным оборотнем, а ногами чувствовала, что Гоша опять закинул на меня свою морду.
— Просто великолепные. Одно то, что он выстрелил Лихо в глаз и воткнул нож в сердце, вызывает у меня бурное уважение.
— Он убил своего отца?! — ошарашенно спросила я.
— Говорят, не добил, — вздохнул Егор. — Илья защищал нашу мать. Он знал, что Алёна с Дрёмой идеальная истинная пара, а его грёбаный папаша, пытался нашу семью разрушить.
— Егор, — позвала я, и он тут же посмотрел мне в глаза. Я боялась спрашивать, вдруг он что-то заподозрит. Но мне нужно было узнать. — Если он в глаз ему выстрелил, и ножом в сердце попал, а Лихо выжил. То как же их убить?
— Догоду собралась бить? — хищно усмехнулся Егор.
Я увела взгляд.
— Всё с твоей сестрой будет в порядке, — его пальцы продолжали танцевать на струнах, выдавая уже совсем другую мелодию. — Два раза из пистолета в один глаз, два раза в другой. Лучше в правый сначала. Так убивают Высших.
И он неожиданно запел. Голос его был красив и ласкал мой слух:
I just called to say I love you
I just called to say how much I care
I just called to say I love you
And I mean it from the bottom of my heart *
Он продолжал петь про новый год, но мне казалось, что эта песня как никогда подходит к нашей обстановке.
— Кроха, хочешь, пистолет дедовский покажу?
— Хочу! — ожила я, заворожённо продолжая смотреть на него.
Егор отложил в сторону гитару и в небольшой тумбе за телевизором нашёл кобуру из грубой чёрной кожи, а уже в ней лежало оружие. Я подошла ближе, чтобы рассмотреть.
Пистолет был раритетный, увидев его я сказала:
— Si vis pacem, para bellum!*
Взяла в руки пистолет. Он был тяжёлым и холодным. Никогда в жизни не держала в руках настоящее оружие, но много о нём знала.
— Парабеллум — пистолет, разработанный в тысяча девятисотом году Георгом Люгером для вооружения германской армии, — сказала я. — Такое название ещё носят патроны для пистолетов и винтовок. Ещё есть автомат.
Я посмотрела в распахнутые глаза Егора.
— Слыхал? — он с гордостью повёл бровями и покосился на чёрного волка. — Это моя девушка.
— Я на историческом факультете учусь, оружие моя любимая тема.
— Моя Кроха. Я тебе пистолет подарю, — Егор забрал у меня пистолет и кинул его на диван.
Он подхватил меня за попу и, подкинув вверх, усадил на себя.
— А стрелять научишь? — я сильно оттянула густую копну чёрных волос и нежно поцеловала его.
— Обязательно, — шипел волк, прикусывая мои губы.
Мы целовались страстно, горячо. Сливались, тряслись от нетерпения. У меня под футболкой не было трусиков, а Егору только шорты стянуть.
Он вошёл в меня, и я затрепетала в его руках. Мы занялись любовью стоя. Все мои мышцы были в напряжении, поэтому я, держась за своего любовника, очень быстро кончила, сжав его бёдра своими ногами. Не вытерпела и закричала от удовольствия, а потом стонала с каждым ударов внутрь себя.
Егор повалил меня на диван, где спал Гоша, который вообще ничего не слышал и не видел.
Движения резкие, и меня опять обуяло желание.
