Открытие двух студентов приводит к попыткам человечества найти и понять божественный замысел. Невероятные события описывают путь человечества к осознанию своего места в мироздании.
Исследуя архивы до и после разломов, мы бережно старались собрать вместе всю информацию, доступную в нашей эпохе. Множество аудио и видео записей скрупулёзно переведено в текстовый вид с целью предостеречь потомков двадцать второго и последующих веков. Все люди, участвующие в записях, существовали в реальной жизни и ни в коем случае память о них не должна быть осквернена. Мы искренне надеемся, что информация из этих записей позволит больше никогда не допустить катастроф, которые выпали на долю человечества в двадцать первом веке.
Тайна века
Ниже приводится стенография интервью с Робертом Мэйрингом и Мэтью Конохе, сотрудниками Оксфордского университета. На момент записи, Роберту 32 года, Мэтью 31. Интервью проводилось в графстве Оксфордшир, Великобритания, 2054 год.
Роберт Мэйринг (воодушевлённо):
На улице стоял холодный ноябрь, я, как обычно, зависал у моего друга Мэтью. В этот раз мы готовились к дипломной работе – искали в сети описания различных «тайн века» – задач, ещё не решённых современной наукой, и прикидывали, для какой из тайн мы могли бы написать программу-решение. На одном из ресурсов мы нашли информацию о числе «Пи», вернее сказать, о расчёте последовательности чисел после запятой: последний рекорд был поставлен в 2011 году каким-то японцем волейболистом, и с тех пор ничего не было слышно. Эта «тайна» нас заинтересовала – дипломной работой мы хотели удивить всех преподавателей и студентов, поэтому решили подумать над установкой нового рекорда в расчёте дробной части числа «Пи». Потратив весь день на создание алгоритма, мы оба согласились, что это гиблое дело. А под самый вечер Мэтью произнёс фразу, засевшую у меня в голове на долгие годы:
– «Ты говоришь, что хочешь рассчитать число «Пи»? Роберт, у меня для тебя плохие новости! Дробная часть «Пи» содержит хреналион чисел!»
Слова Мэтью огорчили меня, и я согласился с его вариантом дипломной работы: программа с голосовым вводом, отображающая названное число, или, если была произнесена фраза, наиболее подходящее для неё число. Похоже на рассказ Адамса, но его «суперкомпьютер» давал в том числе полноценные ответы, нам же с Мэтью было до такого далеко, мы остановились лишь на числах.
Следующим вечером мы принялись писать код, и надо сказать, это был один из самых сложных наших проектов со времён лабораторной по «математике Векслера», введенной в 2030 году. Я занимался голосовым вводом, Мэтью – алгоритмом определения и поиска числа. Когда он закончил и пошёл спать, было около трёх утра – я обратил на это внимание, так как в детстве слышал о «часах кражи»: с трёх до шести утра большинство людей предпочитают спать, и преступники этим активно пользуются.
Я же закончил где-то через час после его ухода, и смотрел на готовый проект. Тут ко мне вернулась мысль о числе «Пи». Программа была готова, и я решил её проверить: вначале я произносил простейшие числа: 3, 4, 8, 246, затем перешёл на миллионы, миллиарды и степени. Моему восторгу не было конца – программа работала, работала исправно, и в точности так, как мы с Мэтью предполагали. Надо отдать должное, написанный им код был практически всегда идеален, и в университете его за это любили. Около шести утра, если быть точным в пять сорок три, я решился вернуться к числу «Пи», что накрепко засело в моей голове вот уже второй день подряд. Я постарался собраться и произнёс вслух:
– «Хочу увидеть хреналион.»
Программа зависла, но мы предполагали, что «сложные» расчёты могут её подвесить. Прошло пять минут, и на экране показался результат. Я ожидал что-то непонятное, сломанные символы, язык инопланетян, что-то вроде этого, но на экране монитора появилось вполне себе реальное число: 13267843. Я думаю, тогда-то всё и началось.
Когда Мэтью проснулся, я подвёл его к монитору и произнёс:
– «Вот твой хреналион, Мэтью, поздравляю тебя, это ты его создал!»
Он немного смутился и ушёл в магазин за завтраком. Но вернулся уже через пол часа с пустым пакетом: задумчивый и ошеломлённый. Он уверял меня, что его код верный, а следовательно, на экране ровно то число, что я произнёс. Мэтью сразу понял почему я произнёс именно хреналион, и согласился попробовать программу, а точнее написанный им алгоритм для поиска чисел после запятой в «Пи».
Мэтью Конохе:
