Вопреки ожиданиям многих, в постсоветской России коммунисты не сошли с политической сцены. На выборах в Государственную Думу в 1995 г. пятипроцентный барьер удалось преодолеть четырем партиям и избирательным объединениям: КПРФ, "Нашему дому – России", ЛДПР и "Яблоку". Заимствуя фразеологию из реалий ЕС, их называли "большою четверкой". Дело не столько в точном соответствии действительности цифры М = 4, опытному читателю не составит труда разнести упомянутые политические единицы по типам. КПРФ, наследница КПСС, попадает в графу ранее означенного четвертого логического типа (см. большевики); проправительственный "Наш дом – Россия" В.С.Черномырдина был сторонником экономических и политических реформ, так или иначе напоминающих либеральные; националистическая ЛДПР В.В.Жириновского тяготела к традиционной ячейке консерватизма (национализма); характер "Яблока" аналитики определяли как близкий к социал-демократии (см., напр., [21]). К следующим выборам может измениться конкретный перечень крупных политических партий, не исключены перемены и в их количестве, однако представленность в реальном политическом спектре всех четырех типов, или "кластеров", – факт, которому, по-видимому, существовать еще долго.(26) Указанное партийно-политическое состояние логично не только по признаку кватерниорности, но и в более тонком математическом аспекте (относительные размеры электоратов), но обсуждать это предстоит в третьей главе. Здесь же отметим, что журналистский термин "большая четверка" применялся в России и к регулярно проводившимся встречам президента, председателя правительства, председателей Совета Федерации и Государственной Думы. Идеологема М = 4 оказывается исключительно цепкой и внедряется в общественное сознание по различным радиусам политической жизни. В процессе разработки законодательства и выбора линии правительства по отношению к религиям неоднократно назывались следующие признанные традиционными для России конфессии:
Классическая – постлокковская и постгоббсовская – теория разделения властей предполагает наличие трех ветвей государственной власти: законодательной, исполнительной, судебной. В России после октября – декабря 1993 г. исполнительная власть – в нарушение требуемого канонического баланса – резко повысила свой удельный вес. Затем стал наблюдаться процесс постепенного перераспределения исполнительных полномочий между президентом и премьер-министром (в итоге – 4). Вообще для Европы, в отличие от США, скорее правило, чем исключение, – разделение фигур главы государства (президента или монарха) и главы правительства. В большинстве европейских стран, да и в Японии, роль главы государства сводится к представительским функциям и моральному-интегрирующему влиянию. Однако во Франции со времен де Голля, перехода к V республике президент обладает решающими властными полномочиями. Президент Португалии, король постфранкистской Испании также являются фигурами не номинальными. Возможно, не покажется слишком смелой гипотеза, что мы являемся свидетелями процесса постепенного формирования еще одной структуры М = 4, сочетающей достоинства и, в меру способностей, купирующей недостатки как демократического, так и личного правления.
