На первых этапах реформ, до осени 1993 г. включительно, основная интрига внутренней политической жизни России заключалась в конфронтации рефоматорских сил, "демократов", с одной стороны, и коммунистов (в тогдашней этикеточной терминологии "патриотов"), с другой. Результаты борьбы этой пары негативно отразились на положении большинства населения, а в апогее привели к вооруженным беспорядкам в Москве, к безудержной истерической кампании в масс-медиа. Полностью солидаризируюсь с оценками, некогда данными выборам 1993 г., – голосование было протестным, и массовый протест нашел выражение в снижении влияния как реформаторов, так и КПРФ. На политическую арену устремилась совершенно новая сила, продекларировавшая активное неприятие обоих недавних властителей общественных умов и сердец, ей и досталось больше всех голосов. В настоящем случае нас не интересует тот факт, что "третяя сила" оказалась абсолютно неконструктивной, представив скорее пародию на новую идеологию и программу. Для нас важнее, что она воспринималась в качестве
Впрочем, вниманию читателей можно предложить и более непосредственные, а значит, и более убедительные иллюстрации четырехчастного разделения электорального поля.
У Красноярского края в глазах политологов сложилась репутация своеобразной "России в миниатюре", полномочного репрезентанта существующих политических настроений по стране в целом. Там и там примерно одинаковы демографическая и социальная карты, до самого последнего времени красноярские электоральные показатели почти всегда совпадали с общероссийской статистической нормой (4). Вдобавок выборы в краевое законодательное собрание проводятся по той же смешанной мажоритарно-пропорциональной системе, как и в Государственную Думу, принят аналогичный 5%-й барьер. На состоявшихся в 1997 г. региональных выборах из множества избирательных объединений этот барьер преодолели также четыре: блок "коммунисты и аграрии" собрал 24% голосов, движение "Честь и Родина. Александр Лебедь" – 14%, возглавляемый заместителем губернатора "Союз дела и порядка" – 13%, "Яблоко" – 7% [30].
Заслуживает внимания не только типологическая идентичность состава ведущих объединений общероссийским: 1) коммунисты, 2) националисты (в нише ЛДПР здесь расположилось патриотическое движение генерала Лебедя), 3) партия власти (вместо общероссийского НДР, возглавлявшегося "заместителем Ельцина", премьером Черномырдиным, перед нами партия местных начальников во главе с заместителем губернатора), 4) то же самое "Яблоко". Больше всего нас волнуют цифры.
Как и на выборах в Думу 1995 г., националистам и "партии власти" отдало предпочтение почти одинаковое число избирателей, коммунисты – безусловные лидеры, у "Яблока" – роль "младшего брата". По-прежнему предмет исследования составляют не абсолютные доли, а отношение ведущих акторов между собой. Поэтому сравнению с теорией должно предшествовать приведение экспериментальных данных к нормативному виду. Суммарный процент голосов, поданных за четыре объединения, составляет 58%. Чтобы привести их к 100%, необходимо использовать переводной коэффициент 100 / 58. Для удобства представим результаты в таблично-графической форме:
Соответствие теоретических значений реальным вновь, по всей видимости, следует признать удовлетворительным.(5)
Чтобы не сложилось превратное впечатление, что ареалом указанной разновидности кватерниорных систем служит только Россия, рассмотрим еще хотя бы парочку прецедентов: из современной Молдовы и из бывшей Восточной Германии.
По результатам выборов 21 марта 1998 г. в Молдове в парламент сумели пройти четыре партии и движения (остальные пятнадцать не преодолели 4%-ный барьер). Согласно сообщению "Известий" [287], на первое место, как и в России, вышла Коммунистическая партия, руководимая Владимиром Ворониным, с 30 процентами голосов. Второе место – у правой Демократической конвенции, глава – бывший президент Мирча Снегур, 18,5%. Центристское "Движение за независимую и процветающую Молдову" собрало 18,1%. Правой прорумынской Партии демократических сил (лидер – Валериу Матей) отдало предпочтение 8,4%. В данном случае
