Число зверя полностью

– Нет. Мне бы не хотелось, чтобы ты раньше времени проговорилась, что я это подготовила. Дити, первый пилот заверил меня, что любой из нас может отдавать команды в воздухе и в космосе. Я собираюсь это проверить. Первый пилот всегда может взять на себя управление и отменить мою команду. Если он это сделает, я не буду в обиде. Я все время говорила, что он должен быть капитаном.

Мы еще успели разыскать ту рубашку в белый цветочек. Матросские брюки Дити оказались мне длинны; мы их подвернули. В талии они оказались достаточно узкими благодаря резинке сзади. Еще она дала мне голубой пояс, которым я подпоясала рубашку. И голубую ленту в волосы.

– Капитан тетя, ты отлично смотришься. Гораздо лучше, чем я в этом дурацком тренировочном костюме, мне так не хочется его надевать. Хорошо, что Зебадия не возражает, чтобы мы ходили голышом.

– Ну, пока я его не приручила, он возражал. Я его пригласила выкупаться, так он притащил плавки. Но я настояла. Ну, вот они наконец! Открывай.

Похоже было, что им уже надоело анализировать наши недостатки. Взглянув на меня, Зебби сказал:

– Какие мы нарядные! В церковь идем, да?

А мой муж добавил:

– Ты очень мило выглядишь, радость моя.

– Спасибо, сэр. Всему экипажу приготовиться к выходу в космос. Закрепить все, что болтается. Поставить оружие на предохранитель. Кому нужно за кустик, скажите. Форма одежды – космическая. Перед отправлением обойти машину и посмотреть, не оставлено ли что-либо снаружи.

– Как это понимать? – поинтересовался Зебби.

– Приготовиться к полету в космос. Живо!

Поколебавшись долю секунды, он сказал:

– Есть, капитан.

Через две минуты тринадцать секунд (как показывали часы Аи) я протиснулась мимо своего мужа на правое заднее сиденье.

– Доложить о готовности, – сказала я. – Включая готовность оружия. Астронавигатор.

– Ремни пристегнуты. Дверца в переборке закрыта. Дробовик заряжен, стоит на предохранителе. Находится под спальным мешком.

– А пистолет?

– Ой! В сумочке. Заряжен, на предохранителе. Сумочка пристегнута к сиденью.

– Второй пилот?

– Ремни пристегнуты. Дверцы заперты, герметичность проверена. Пространственно-временная аппаратура в готовности. Винтовка заряжена, на предохранителе, под спальным мешком. Револьвер при себе, заряжен, на предохранителе.

– Первый пилот?

– Ремни пристегнуты. Дверца заперта. Герметичность проверена. Винтовка заряжена, на предохранителе. Револьвер заряжен, на предохранителе. Все предметы закреплены. Баки для воды заполнены до отказа. Груз закреплен. Энергопакеты: два в запасе, два израсходованы. Горючее: семьдесят два процента от максимума. Крылья полностью раскрыты. Шасси разблокировано для уборки. Все системы работают. Готов.

– Первый пилот, после первого маневра – спикировать на максимальной скорости, не включая тягу, не убирая шасси. Уборку шасси заблокировать. Крылья оставить максимально раскрытыми.

– Шасси заблокировано. После первого маневра войти в пике без включения двигателя, с крыльями в дозвуковом положении, с выдвинутым шасси.

Я взглянула на Дити, она подняла фотоаппарат и одними губами произнесла:

– Готова.

– Ая, домой!

Как и предсказывала Дити, в Аризоне были ранние сумерки. Мой муж вовремя удержался, чтобы не ахнуть. Я скомандовала:

– Второй пилот, доложить высоту.

– Э-э… Немногим меньше двух километров, падаем. – Зебби перевел машину в пике: горизонт за лобовым стеклом поехал вверх, сначала медленно, потом все быстрее и быстрее. Когда машина наклонилась, Дити привстала за спинами у мужчин, как кошка в прыжке на птицу, и нацелила фотоаппарат на то, что находилось теперь прямо по курсу. На Гнездышко. Но только это было уже не Гнездышко. А воронка. О, какая ярость охватила меня! Я бы их убила. Честное слово, убила бы.

– Снимай!

– Ая, назад!

Вместо того чтобы оказаться на твердой земле, мы очутились в невесомости на ночной стороне непонятно какой планеты. Были видны звезды, а ниже горизонта – чернота (если, конечно, это был горизонт). Дити сказала:

– Похоже на то, что русские оставили что-то свое на нашей стоянке.

– Возможно. Джейкоб, высоту, пожалуйста.

– Около десяти километров, постепенно снижаемся.

– Это-то ничего. Только вот на той ли мы планете и в той ли вселенной?

– Капитан, вон Антарес впереди.

– Спасибо, Зебби. Я так понимаю, что мы находимся по крайней мере в одном из аналогов нашего родного мира. Дити, есть какой-нибудь способ узнать у Аи здешнее ускорение свободного падения и сравнить его с ускорением Марса-десять?

– Есть примерно четыре таких способа, капитан.

– Тогда давай.

– Ая Плутишка.

– Привет, Дити!

– Привет, Ая. Замеряй последовательно скорость снижения, найди первую производную, доложи.

Ая ответила незамедлительно:

– Три-семь-шесть сантиметров в секунду в квадрате.

– Ты умница, Ая.

Что ж, значит, это был Марс-десять либо его неотличимый двойник.

– Ая, назад!

Мы очутились на твердой земле и в том состоянии, которое уже привыкли ощущать как нормальный вес. Дити сказала:

– Может быть, на место нашей стоянки забрело какое-нибудь животное, а теперь ушло. Не включить ли свет, капитан? Фото, я думаю, уже проявилось.