Чистая правда полностью

— Такая возможность существует всегда, судья Найт, — не стал возражать Чандлер. — Но у меня нет уверенности, что деятельность суда окажет какое-то влияние на развитие событий. Если эти убийства связаны. — Он посмотрел на Рэмси. — И я считаю, что вам следует изучить дела, к которым имели отношение оба клерка, хотя бы для того, чтобы прикрыть тылы. Я понимаю, что это выстрел вслепую, но мы можем горько пожалеть, если не проделаем нужную работу сейчас.

— Я понимаю.

Чандлер повернулся к судье Мёрфи.

— Вы и ваши клерки можете проверить дела, которыми занимался Майкл Фиске?

— Да, — быстро ответил Мёрфи.

— И я буду вам весьма признателен, если вы поговорите с остальными судьями и попытаетесь определить, могли ли какие-то дела, о которых вы слышали за последние несколько лет, стать причиной печальных событий, — сказал Чандлер.

Найт посмотрела на него и покачала головой.

— Детектив Чандлер, многие из дел, которые мы ведем, вызывают невероятные эмоции у людей. Мы не имеем ни малейшего представления, с чего начать.

— Я вас понял. Наверное, вам всем повезло, что никто не пытался совершать покушения прежде.

— Ну, если вы хотите, чтобы мы продолжали исполнять наши обычные обязанности, то обед в честь судьи Уилкинсона должен состояться, — сказала Найт.

Мёрфи протестующе расправил плечи.

— Бет, я полагаю, что убийство двух работников суда — достаточный повод, чтобы отменить обед.

— Легко сказать, Томми, но не вы, а я планировала это событие. Кеннету Уилкинсону восемьдесят пять лет, и у него рак поджелудочной железы. Я не стану рисковать, откладывая обед, какими бы ни были обстоятельства. Для него он имеет огромное значение.

— А также для тебя, Бет, — сказал Рэмси. — И твоего мужа.

— Да, верно. Неужели мы станем устраивать дебаты на тему адвокатской этики, Гарольд? В присутствии посторонних?

— Нет, — ответил он. — Тебе хорошо известно мое мнение по данному вопросу.

— Да, известно, и обед состоится.

Фиске заворожил этот быстрый обмен репликами. Ему показалось, что по лицу Рэмси пробежала тень улыбки.

— Хорошо, Бет, — сказал верховный судья. — Я не стану пытаться заставить тебя изменить точку зрения на любой важный вопрос, не говоря уже о таких незначительных вещах.

Тремейн посадил военный вертолет на заросшее травой поле. Пока вращение винта замедлялось, они с Рэйфилдом посмотрели на седан, стоявший возле деревьев. Затем расстегнули ремни безопасности, пригнувшись выбрались из вертолета и направились к машине. Рэйфилд сел на переднее сиденье, Тремейн — на заднее.

— Рад, что вы успели, — сказал сидевший за рулем человек, поворачиваясь к Рэйфилду.

Полковник разинул рот.

— Что с тобой случилось?

Синяки в центре оставались пурпурными, а ближе к краю стали желтыми. Один находился сбоку от правого глаза, два других — над воротом рубашки.

— Фиске, — ответил он.

— Фиске? Он мертв.

— Его брат, Джон, — нетерпеливо ответил мужчина. — Он застал меня врасплох в квартире его брата.

— Он тебя узнал?

— Я был в маске. Искал все, что могло направить полицию по правильному пути.

— Он сумел что-нибудь найти?

— Там ничего не было. Мы уже забрали лэптоп Фиске. — Он посмотрел на Тремейна. — Ты взял его лэптоп перед тем, как застрелить? — Тот кивнул. — Где он сейчас?

— Груда пепла.

— Хорошо.

— Его брат будет для нас проблемой? — поинтересовался Рэйфилд.

— Может быть. Прежде он был полицейским. Помогает детективу расследовать убийства клерков.

— Убийства? — удивился Рэйфилд. — Их больше одного?

— Стивен Райт.

— Проклятье, что происходит? — потребовал ответа Рэйфилд.

— Райт видел, как кто-то вышел из кабинета Майкла Фиске. И слышал то, что ему не следовало слышать. Мы не могли рассчитывать, что он будет молчать, поэтому мне пришлось выманить его из здания и убить. С этим у нас проблем не будет.

— Вы спятили? Все выходит из-под контроля, — сердито сказал Рэйфилд.

Мужчина посмотрел на Тремейна.

— Эй, Вик, скажи своему начальнику, чтобы успокоился. Похоже, после Вьетнама ты утратил часть своего спокойствия, Фрэнк. С тех пор ты стал другим.

— Четыре убийства, и я должен сохранять спокойствие? Уже не говоря о том, что Хармс и его брат на свободе.

— Значит, нам нужно получить еще два тела. Самых важных. Ты ведь понимаешь, верно, Вик?

— Понимаю, — ответил Тремейн.

Мужчина посмотрел на Рэйфилда холодными пустыми глазами. Тот нервно сглотнул.

— Полагаю, обратной дороги уже нет.

— Тут ты совершенно прав.

— Джон Фиске и тот клерк… Что вы собираетесь делать? Если Фиске намерен найти убийцу брата, он может стать для нас проблемой.

— Он — уже проблема. Но они на очень коротком поводке. И будут на нем оставаться, пока мы не решим, что с ними делать.

— В смысле?

— В смысле у нас будет четыре тела, а не два.