– Не надо… – прошептал Сергей, и Новосиб сразу склонился над ним. – Не надо операции. Мне сейчас вот нормально, уколы действуют, не надо операции… Я серьезно. Ты же сам знаешь, как я к своей семье относился… Но выжил только сосед, позвонил мне, рассказал, что видел. Зачем мне с этим жить? Я что мог, сделал. Вот только бункер мы не удержали, прости.
– Ты держись! Мы сейчас на мост развернемся и довезем тебя, а уж там я добьюсь! Я в Сопротивлении не последний человек!
– Сейчас нельзя поворачивать, Новосиб! – виноватым голосом сказал Папа Миша. – Только что от толпы укатили, пока успокоятся – еще несколько часов пройдет. А те, что у моста в воде, наверняка все повылазили на стрельбу и птиц этих. Завязнем на мосту, облепят кабину…
– Молчать! – заревел было Новосиб, но Сергей схватил его рукой, все еще в резиновой перчатке, за плечо.
– Он прав. Меня ты, скорее всего, не спасешь, да я и сам не хочу. А вот эти чемоданы – там много интересного для спецов. Мы у мутантов анализы брали, как ты советовал, начали с ними серию экспериментов… Жалко, если все это пропадет, да еще и вы погибнете. Ребята тут остались, ну и я недалеко уеду.
Новосиб молчал, взвешивая положение. Папа Миша был прав: взбудораженные мутанты, выбравшись из воды, возвращались к реке не сразу, это уже все подметили. Сейчас там, у красно-розового моста с подвешенной над ним дурацкой инопланетной тарелкой, их тысячи, и все уже возбуждены. Возникают драки, и тогда из воды лезут новые твари. Более чем вероятно, что такой прорыв, как через мост из Щукино в Строгино, не получится.
– Из второго автобуса передали маршрут! – один из бойцов подошел и протянул Новосибу карту. – Отдельно стоящее здание в три этажа с двумя входами, рядом футбольное поле. Если заночуем, там можно оставить транспорт.
– Хорошо, – хрипло сказал Новосиб. – Ты не умирай, Серега, поговори со мной. Папа Миша! Не тряси, не дрова ведь везешь! Как же у вас там в бункере все случилось, Сергей?
– Надо же как… – прошептал умирающий. – Нас они сразу рвали, такие толпы… А вы можете заночевать вдали от реки, да? Может, и правда они незараженных чуют… Это надо обязательно еще раз проверить, слышишь? Скажи там в этом своем Сопротивлении. А в бункере… Мы так и не поняли. Какой у нас там бункер? Слабенький, просто защищенный объект, в том числе от химического и бактериологического заражения. И они как-то прорылись к нам, выходит. То ли от воды, то ли со стороны метро. В тоннель у нас выход есть, но я его сам проверил, все было в порядке. Наверное, от реки копали – стену нам прогрызли, что ли? Сразу шум, стрельба. И кричали, что нас затопляет. Вот это я точно помню…
– Неудачно я съездил, – вздохнул Новосиб. – И в Курчатнике провалилась операция: хотели поговорить с пацанами, такое было у меня «партийное задание». Приехали – а их уже громят. Вертолет поднялся прикрывать и вдруг упал. Пожар, паника… Наверное, кто-то из экипажа обернулся мутантом не вовремя. Вот мутанты и ворвались раньше нас. Мы заскочили на территорию, хотели хоть забрать кого-то, а какие-то мальцы по нам же и стрелять начали. Потерял я там троих. А теперь и тебя теряю, да, Сергей?
Сергей уже не отвечал. Новосиб закрыл ему глаза и отошел в конец салона, кивнув Белоглазову. Майор, немного удивившись, принял команду на себя и с помощью двоих бойцов произвел «похороны». На всякий случай, он все же прострелил затылок уже мертвому Сергею.
– Еще один! – только и сказал водитель второго автобуса, чуть вильнув влево. – Тоже в химзащите, не наш.
– Ваш, не ваш… – проворчал заскучавший Толик. – Все люди братья, с некоторых пор! И сестры, конечно же.
– Не отвлекайся! – буркнул Спец и заметил, что из идущего впереди автобуса с правого борта высунулся кулак с поднятым вверх большим пальцем.
Он тут же ответил на сигнал таким же образом. Настроение Спеца немного улучшилось: после того, какой атаке подвергся первый ЛиАЗ, он всерьез опасался за здоровье ушедших туда, но прежде всего, конечно, за Белоглазова. У них тут, с правого борта, работы и вовсе почти не было – так, стреляй, как в тире, по бегущим мимо мутантам. Произошедшее заинтриговало Спеца, и его пытливые мозги уже выработали массу гипотез. Но истину ему мог разъяснить только Белоглазов, который наверняка все понял, и Спец с нетерпением ждал встречи.
– Надя, а далеко до этого магазина, что там? – спросил Максим, которому тоже хотелось поддержать разговор с дамами. – Ну, куда мы едем.
– Откуда мне знать, куда мы едем? – капризно надула губы Надя, протирая автомат какой-то ветошью. – Это только Новосиб решает. Там магазин и маленькое кафе. Еще, кажется, нотариус сидит… Сидел, то есть. Еще какие-то вывески, не помню. Небольшой домик, как раз нам разместиться.
– А если зомбаки… то есть мутанты внизу скопятся? – предположил Толик. – Там пожарные лестницы есть?
– Не помню. Да зачем нам лестницы? Степаныч огнемет с собой поднимет наверх и, когда понадобится, быстро нам дорожку к автобусам расчистит. И мы поможем. Все же теперь там, где воды нет, мутантов меньше, чем в самые первые дни.
