– Тогда кто-то другой это должен сделать… – Валька так увлеченно занимался варевом, которое еще даже не закипело, что чуть ли не с головой влез в кастрюлю. – Выживание общины дело общее. Если Голова не может, кто-то должен смочь.
«Так вот о чем ты ночью думал? – Внутри у Максима что-то сжалось. – Значит, и на тебя, приятель, надо по-новому смотреть?»
– Вот! – успевшая нагромоздить возле кастрюли целую гору хвороста, Алка принесла ворох листьев. – Натритесь, запах отшибет. И в воду надо бросить, муты мяса не учуют, только дым. А дыма они боятся и сразу не побегут, сперва посмотрят. Мы тогда успеем за огонь спрятаться!
И она удивила Максима. Он-то привык относиться к Алле, как к дурочке, которая с заискивающей тоской смотрела на всех мужчин, кто еще не попытался ей ребенка заделать. Вроде бы и не было у нее других качеств – а оказывается, она неплохо соображает и в растениях кое-что смыслит. Напоминать ей, что надо развеивать дым, тоже не пришлось: сама собрала наломанные ветки в веник и, пристроившись рядом с костром, стала равномерно махать. Дымок, конечно, все равно заметят и Коля Безрукий со своей сосны, и соседи-березовцы, но лучше, чтобы он не был слишком густым. Тогда никто не заинтересуется.
– Шум какой-то оттуда! – Алка мотнула головой в сторону соседей. – Голоса будто. Поглядите.
Максим и Валька одновременно легли на животы, выползли по склону овражка наверх и руками раздвинули кусты. И правда, обладавшая тонким слухом девушка расслышала далекие крики. Пока ничего не было видно.
– Худо, если муты на них навалились… – прошептал пугливый Валька. – Тогда лучше бы нам домой податься.
– Погоди. Мало ли что там случиться могло! Может, просто поссорились, или мелкие напакостничали. Сползай вниз, следи за готовкой, а то у меня уже слюна потекла. А я покараулю.
Валька сделал, как сказано, и вернулся к костру. Он легко мог дотянуться до черных пяток лежавшего на склоне Максима, так что разговор можно было продолжить.
– Андрей не изменится! – Валька вернулся к оставленной было теме. – Дело-то не в том, что он меня обижает, Косой мне хуже Андрюхи. Дело в общине. Андрей вожаком стал, его приятели боятся и потому слушают, давно уже. И Витька Белый, он раньше, как все, был, а как Андрей на него руку поднял, стал молчаливый и злой. Летом раза два в секрет с собой Машу Бесплодную брал, я точно знаю. Она просила меня за нее поработать и Алку тоже, потом нам с кухни приносила кое-что.
– Зачем ему Маша? – удивился Максим.
– Ну, как зачем? Она для него еды воровала, и вообще они там… Развлекались.
– В секрете? – Максим повернулся к Вальке. – Ты не шутишь?
– Не шучу, – его друг опять с преувеличенным вниманием помешивал блюдо. – Потому Голова уже давно Белого в секреты не ставит. Кто-то ему наябедничал. Но тоже никак не наказал. А началось-то все с Андрея! Он первым стал табу нарушать. Если с ним ничего не случится, общине конец. Но если он… Ну, если его не станет, многие задумаются. Только Голова этого не сделает, нужно, чтобы кто-то другой.
Алла, продолжая размахивать над огнем своим веником, задрала голову и уставилась на Максима. Она, кажется, все понимала. Закусив губу, Максим отвернулся и продолжил наблюдение за соседским леском, из которого все еще доносились какие-то крики. А потом над деревьями всплыло легкое облачко дыма, такое, что его можно было бы и не заметить. Потом, чуть в стороне, – еще одно. Так бывало, когда зажигали факелы.
– Валька, будь готов! – с сожалением проговорил Максим. – Похоже, муты у них. Алла, кончай махать! Вяжи пучки из хвороста, как бы не пришлось нам огнем отмахиваться.
– Пошли домой, домой! – запричитала девушка, но руки ее проворно заработали, исполняя приказание. – Говорила, что не надо к речке!
– Да погоди ты! – Добытчик мяса не собирался так быстро распрощаться с планами наесться его до отвала. – Если их мало, то березовские с ними быстро разберутся. Похоже, что так и есть, они же не в жилище с ними бьются, а прямо тут, в леске. Просто надо быть наготове.
Между тем крики звучали все ближе. Максим уже заметил несколько раз огни факелов, мелькнувшие между деревьями. Похоже было, что охотники пытались прикончить всего одного мута. Это было больше всего похоже на…
– Обратился кто-то! – выдохнул Валька, который с кистенем наготове улегся рядом. – Точно говорю! Ну, это дело обычное, сейчас они его убьют. Как же упустили-то? Мы же друг за другом всегда следим!
– Не всегда. Меня вот вчера Голова одного хоронить мелких отправил, – проворчал Максим. – Да и в секрете человек один сидит.
– Когда в секрете сидят, с ними патрульные перекликаются, когда посты обходят. И потом, там высоко… Помнишь, как в позапрошлом году Клык обратился прямо в секрете? Как пена изо рта пошла, так он вывалился и шею себе сразу сломал! Но патрульные сразу заметили.
– А как Белый женщину в секрет брал, тоже заметили?
– Я же сказал: доложил кто-то тихонько Голове, – напомнил Валька. – Тише… Вырвался! Он от них убегает!
