— Пётр, я вижу далеко впереди движение, — произнесла компаньонка. Вот ещё один огромный плюс такого спутника. Мало того что сидит выше, так ещё и в оптику окрестности осматривает.
— Куда движется и кто?
— Навстречу, люди. Двое впереди, один сзади, на пленного похож. Видимо, третьего на верёвке ведут, а руки у него за спиной связаны. Слушай, эти двое, они какие-то странные, двигаются слишком плавно. Обычно люди так не ходят.
— Давай укроемся за той корягой, понаблюдаем, — произнёс я, свернув к сухому, почерневшему от времени дереву. Хм, странные, значит… Ох, чую я, это совсем не люди.
Ксеносы, мать их. Самые настоящие зелёные человечки. Наблюдая в оптику за приближающейся троицей, я хорошо разглядел их покрытые зелёными чешуйками вытянутые морды. Обратил внимание и на трёхсуставные нижние конечности и на четырёхпалые руки.
— Ну, что там? — спросила Тамара.
— Ящеры какие-то, — проворчал я, передавая ей винтовку. — Одеты как мы, но им явно непривычна такая одежда. Думаю, это представители иной расы. Знаешь, что странно? Я не вижу у них оружия — ни огнестрела, ни холодняка. Как им вообще удалось человека поймать, и главное, — зачем? Рабство, или людоеды?
— Ящеры? Я слышала, что есть другие расы, ушастые, например. Слушай, да это не пленник, а пленница. Высокая очень, с тебя ростом. — Тамара оторвалась от прицела и повернулась ко мне. — Получается, ящеры крупнее тебя? Тогда зачем им оружие?
— Сиди здесь, прикроешь меня, — приказал я и поднялся во весь рост. — Пойду узнаю, кто это такие, и куда они волокут пленницу. Не люблю, когда чего-то не понимаю.
Троица меня заметила сразу и тут же остановилась. Вернее, остановились ящеры, а их добыча продолжила движение, из-за чего натолкнулась на спину одного из чешуйчатых. Тот повернулся и резким ударом лапы сбил пленницу с ног. Женщина свалилась на красный песок, да так и осталась лежать неподвижно, похоже, потеряла сознание. Что-то мне всё больше не нравятся эти зеленомордые.
— Хуман! Сюда иди, хуман! — рявкнул один из ящеров, и я почувствовал, как способность ментальной защиты слетела с меня. Так вот почему эти твари без оружия, у них есть кое-что более серьёзное. Хорошо, что приказ нелюдя совпал с моими желаниями, я и сам собирался приблизиться.
— Хуман, ты один? — прорычал другой противник. Да, именно противник, для себя я уже всё решил, когда узнал, что пленная — женщина.
— Нет, я не один, — ответил я, в уме прикидывая, как действовать. Твари действительно оказались высокими — оба за два метра ростом.
— Отдай мне своё оружие, хуман!
Да не вопрос. Я тут же извлёк биту из чехла и, продолжая сближаться, потянул из ножен боевой серп. Главное, приблизиться на нужную дистанцию, а уж дальше я вас, суки, научу людей уважать.
— Беги, придурок! Ты под воздействием! — закричала пленница, которая только притворялась потерявшей сознание. Ящер, тащивший женщину за верёвку, широко разинул свою пасть, и я понял — сейчас мне будет больно. Ну, тогда держите, твари.
Опустившись на колено, я треснул битой о землю, активируя третью способность оружия, деморализацию. В разные стороны пошла волна вспучившейся земли и одновременно с этим по ушам ударил визг.
На миг мою голову пронзила адская боль, но тут же отпустила. Глухо выругавшись, я рывком поднялся на ноги, готовясь нанести по противнику удар. И замер в растерянности. Какого хрена?
Один из ящеров бился на земле в предсмертных конвульсиях, а второй лежал неподвижно. Головы у него не было, а из развороченной шеи толчками выплёскивалась кровь. Чёрт, не может винтовочная пуля калибром семь шестьдесят два на пятьдесят четыре сотворить такое. Да и звука выстрела не было.
Шагнув к трясущемуся нелюдю, я одним точным ударом серпа перерубил ему горло и только после этого обратил внимание на пленницу. Она, приподняв голову, с опаской смотрела на меня выцветшими, светло-серыми глазами.
— Чего они хотели от тебя? — спросил я, принимая в грудь очередной сгусток света.
— Грёбаные уроды! — голос у связанной сиделицы был грубый. Такой бывает у женщин, которые долгое время курят. — Бабу им нужно было, утырки! Своих у этих тварей нет, не попадают они сюда. У них в оазисе целый гарем, так эти мрази постоянно новых ищут. Я несколько часов слушала их рассказы. Мерзость!
— Ты успокойся, хорошо⁈ — произнёс я, осторожно подцепляя пальцем толстую верёвку, петлёй охватывающую шею пленницы. — Сейчас мы освободим тебя, напоим, а затем уже будем решать, что дальше делать.
Ослабил и снял с шеи удавку, затем осмотрел узел на руках и, воспользовавшись метательным ножом, перерезал верёвку. Женщина, перевернувшись на спину, тут же начала массировать затёкшие кисти руку, морщась от боли. Присел рядом с ней, отцепил с пояса фляжку.
— Пей осторожно, малыми глотками.
— Хорошо, — бывшая пленница с жадностью припала к горлышку, но послушала моего совета. Я позволил ей выпить чуть больше стакана воды, после чего убрал ёмкость от рта.
