Чистка. Часть вторая полностью

ФРУМИН был очень расстроен, что заявил – «Я буквально теряюсь, не знаю что делать, АНТИПОВ требует работы, требует от меня боевиков, а у меня не клеется. Я подобрал террористическую группу – из преподавательского состава, но они при выступлениях на Красной площади не участвуют и поэтому АНТИПОВ ругался и предложил подработать две-три кандидатуры из студенческого состава, но со студентами у меня плохая связь и я буквально нахожусь в тупике».

Я успокоил ФРУМИНА, сказав, что он напрасно опускает руки, что не может быть, чтобы среди такого количества студентов нельзя было подобрать двух-трех подходящих людей».

После ареста Харченко, секретарь ЦК ВЛКСМ Павел Горшенин пишет Сталину письмо, которое является образцом того, как предатели топили друг друга, стремясь отвести от себя любое подозрение. Он писал, что арестованный Михаил Салатов контролировал кадровую политику организации и пользовался безграничным доверием главы комсомола Косарева, с которым постоянно пьянствовал. Когда Салтанов ушел в партийную работу, оттуда вернули Евгения Файнберга, который стал новой «правой рукой» Косарева, его ближайшим советником. Горшенин также указал на близкие дружеские отношения Салтанова и Лукьянова, первый споил второго и сделал своим подручным. Член ЦК ВЛКСМ С. Ильинский был назван еще одним подручным Косарева.

Другие вожаки – Ерофицкий, Назаров, Листовский фигурируют в письме, как протеже Салтанова. Бубекин пользовался особым доверием Косарева. Горшенин упомянул Исаака Когана, который был связан с Дмитрием Флоринским из НКИД, который был иностранным шпионом, что даже указывало на связь возможную Косарева со шпионажем. Горшенин наконец делает выводы: «Сейчас разбираясь во всех этих вопросах и фактах, сопоставляя их, невольно начинаешь задумываться – верить ли тов. Косареву? Товарищ Косарев пользуется в ЦК комсомола большим авторитетом. Он часто говорит от имени ЦК ВКП (б). Всегда дает понять, что пользуется у вас доверием и советуется с вами по всем важнейшим вопросам. За все время работы в ЦК я не замечал за ним ни одной серьезной ошибки. А вот сейчас смотря назад, выходит, что т. Косарев много лет был окружен кольцом врагов. Им безгранично верил. На них опирался».109

Во второй части письма он указал на близкую связь Косарева с Антиповым, упомянул, что некоторым лидерам, как Файнбергу высказывали политическое недоверие, но Косарев защищал его. Далее он упомянул, что Харченко имел какую-то связь с американкой. В самом конце Горшенин обвинил Косарева в режиме личной диктатуры, все решения проводил ни с кем не обсуждая, ссылаясь на указания ЦК ВКП (б), которых, скорее всего не было. Это письмо ложилось в дискредитацию главы ВЛКСМ. Автор записки понимал, что рано или поздно Косарева разоблачат и не хотел идти ко дну вместе с ним.

28 июня была арестованы первый секретарь Воронежского ВЛКСМ Мария Давидович, 29 июня первый секретарь Воронежского ВЛКСМ Михаил Грубман. В тот же день был освобождён от должности 1-го секретаря Куйбышевского ВЛКСМ Лазарь Блюмкин, с формулировкой: «Бюро обкома ВЛКСМ и его 1-й секретарь тов. Блюмкин не сумели обеспечить на проходящих комсомольских отчётно-выборных собраниях должную политическую заострённость в оценке работы комсомола, вскрытие и разоблачение чуждых и враждебных элементов в комсомоле».110