– Мой господин спрашивает, когда ему тоже подадут ужин, – проговорил он.
– У нас принято есть всем вместе, – отвечал хозяин. – Да у меня, по правде сказать, и слуг нет, чтобы подавать ужин наверх. Не хочет ли твой господин спуститься и сесть со всеми?
– Нет, он не желает. Так и быть, я сам подам ему. Давайте сюда прибор.
Хозяин стал нагружать поднос. А оперативники застыли, переглянулись и даже есть перестали. Они узнали этот голос! Друзья обернулись, взглянули на человека, направившегося к лестнице с полным подносом в руках, и поняли, что не ошиблись. Да, это был Кристофер, слуга графа Сен-Жермена!
Когда он скрылся наверху, Дружинин наклонился ближе к друзьям, чтобы его не мог услышать никто из людей, сидящих за столом, и тихо произнес:
– Ребята, это он! Честное слово!
Его глаза горели, он весь бурлил энергией, словно и не было утомительной дороги к перевалу. Друзья в ответ согласно кивнули.
– Ну что, будем брать? – деловито спросил Ваня.
– Как только стемнеет, – ответил Углов. – Очень хорошо, что он занимает отдельную комнату. Можно будет провести допрос, никого не беспокоя.
– Да, на этот раз он уже не ускользнет, – заметил Дружинин. – Удирать ему просто некуда. Дороги нет ни вперед, ни назад. Даже в виде птицы не улетит – замерзнет.
Спустя час на постоялом дворе уже царила тишина. Даже самые непоседливые пассажиры дилижанса, любители полночных бесед и карточной игры, так умаялись за день, что отказались от своих привычек и завалились на боковую. Пассажиры спали в двух нижних комнатах и гостиной, хозяин с хозяйкой и слуги – у себя в каморках.
Наверху, у господина из кареты, тоже было темно. Дружинин установил это, специально выйдя во двор.
Трое оперативников расположились в гостиной, прямо возле лестницы. Это место было не самым удобным, на него никто не претендовал. А им оно оказалось в самый раз. Не было угрозы кого-то потревожить, направляясь на ночную беседу с господином графом.
Примерно в час ночи друзья тихо поднялись и двинулись наверх. Старая деревянная лестница не выдала их. Она лишь пару раз тихонечко скрипнула. Дверь в комнату оказалась на запоре, но Дружинин не зря возил с собой связку отмычек. Оказавшись в комнате, он снова запер замок.
Оперативники стояли и осматривались. В этот момент вдруг вспыхнула искра, высеченная кресалом, и загорелась тоненькая свеча. Огонек осветил графа, сидящего на своей постели.
В ту же секунду, прежде чем Сен-Жермен сказал хоть слово, Углов шагнул к нему и влепил хороший удар прямо в лоб. От такого невежливого приветствия знаменитый алхимик тут же свалился без сознания назад на подушку. Углов быстро связал его и заткнул ему рот какой-то тряпкой. Дружинин проделал то же самое со слугой, спавшим за занавеской. Затем инженер порылся в саквояже Сен-Жермена и нашел пузырек с нюхательной солью. Он открыл его и поднес к носу алхимика. Тот заворочался и открыл глаза.
– Ну вот, любезный граф, мы снова вместе, – сказал Углов. – Теперь ускользнуть вам никак не удастся. Может, хотите проверить? – С этими словами Углов отодвинул занавеску на окне. Стала видна белая муть. Вихри снега скользили по стеклу. – Если пожелаете, мы сможем продолжить нашу беседу снаружи, – проговорил Углов. – Мы засунем вас в сугроб на манер ледяного истукана и будем задавать вопросы. Как, хочется вам этого?
Граф, лишенный возможности говорить, энергично покачал головой в знак того, что он ничуть не желает выходить наружу.
– В таком случае отвечайте на вопросы прямо, не увиливая и не пытаясь нас обмануть, – продолжал надворный советник. – Если расскажете все, что нас интересует, мы подумаем, стоит ли сохранить вам жизнь. Ну так что, будете говорить?
Сен-Жермен вновь энергично закивал, но на сей раз уже утвердительно.
Углов кивнул и вынул кляп у него изо рта.
– Итак, вопрос первый, – проговорил он. – Вы беседовали с советником герцога Голштинского Бассевичем в Бадене?
– Да, я встречался этим господином и имел с ним продолжительную беседу, – охотно ответил Сен-Жермен.
– Вы говорили советнику, что имели поручение от императора Карла убить русского государя?
– Да, я так выразился, – сказал граф. – Но…
– Говорили или нет?
– Да, говорил, – покорно ответил Сен-Жермен.
Как видно, он понял, что отбрехаться ему не удастся.
– Вы действительно имели такое задание? Император Карл поручал вам организовать убийство нашего государя Петра Алексеевича?
– Помилуйте, господин сенешаль! – взмолился Сен-Жермен, называя Углова французским словом, означавшим «судья». – На этот вопрос никак нельзя ответить так однозначно и твердо, как вы того требуете! Да, у нас с его величеством императором состоялась беседа, в ходе которой он высказал пожелание, чтобы русский государь умер. Но поймите, Карл Шестой не давал мне никакого прямого поручения. Он долго говорил о причинах, которые заставляют его желать смерти русского царя, о том, как жестоко тот поступил со своим сыном Алексеем, который доводился Карлу внуком, о других предметах, но не сказал: «Убейте его».
– Эти слова не были сказаны, но вы поняли, что Карл ждет от вас исполнения своего желания?
